Книга Тургеневская стриптизерка, страница 43 – Ирина Ширяева

— Как кто? – еще больше струсила «детка». – Гарик, конечно…

— Но такого здесь нет! – рявкнула жертва телефонного терроризма. – И никогда не было!

«Дурацкий розыгрыш, – злилась Алёна, возвращаясь к компьютеру. – И кто же это мне такое удружил? Знаю одно: среди моих знакомых совершенно точно никакого Гарика нет. Может, это какая-нибудь ошибка? А вдруг – происки врагов? Да отключу я этот телефон – и все!»

Словно почуяв неладное, аппарат разразился серией требовательных звонков. Он просто разрывался от напряжения, словно пластиковый пакет после фундаментального похода истовой домохозяйки по магазинам.

— Да, – обречённо выдохнула в трубку Алёна, чувствуя, как виртуальный сердцеед Гарик пакостно хихикает за её плечом.

— Привет, мать! Ты чё трубку не берёшь? – радостно заорали на другом конце провода.

Алёна с облегчением вздохнула. Это была Карина, коллега с прежнего места работы, прозванная в народе «Тойотой». Она всегда первая узнавала свежие редакционные сплетни и бежала их разносить со скоростью пресловутого японского автомобиля.

— Ну, как оно, ваше «ничего»? Слушай, мать, я же тебе не просто так звоню, а по поручению, – гнала Карина, как на зелёный свет. – Главный просил, чтобы ты зашла.

— Это еще зачем? – насторожилась Алёна.

Ей категорически не улыбалось светиться на прежнем месте работы, ежеминутно рискуя встретить там своего бывшего мужа или бывшую, подругу, теперешнюю жену бывшего мужа.

— Ой, мать, у нас тут такие новости! – поддала газу Карина. – На твою рубрику нового мальчика взяли! Совсем свеженький мальчик, только что с журфака. Ну, после журфака, сама знаешь, все мы фу ты – ну ты, амбиций полный воз, куда б деться! Но парень толковый, шеф кого попало не пригласит, сама знаешь! Да ты последний номер-то читала?

Алёна читала. После её ухода из редакции молодежной газеты, рубрика, которую вела Алёна и которая считалась самой «топовой», не появлялась ни в одном номере. Это льстило Алёне: приятно хоть в чем-то чувствовать себя незаменимой. Но в последнем выпуске рубрика вдруг возникла. Вполне понятно, что бывшая её ведущая с ревнивым вниманием изучила страничку от заголовка до последней точки. И вынуждена была констатировать, что в новом имидже её творческого ребёнка присутствовали и свежесть, и стильность, и неизбежный, но тонкий эпатаж. Кроме того, чувствовалось, что для нового составителя полосы этот газетный лист был лишь более-менее подходящим полигоном для собственных глобальных идей и замыслов. Его имя – И. Опарин – ничего не говорило Алёне.

— Видела? Класс, правда? Даже наши зубры одобрили, а от них дождёшься, как же, ну ты сама знаешь! – Начисто лишенная нравственного ГИБДД, Карина с размаху проскакивала самые трудные повороты разговора. – Ну, конечно, этому мальчику до тебя далеко… – сочла она всё же нужным слегка притормозить. – Так вот, мать! Шеф просит, чтобы ты с этим Опариным Игорем встретилась и ввела его, так сказать, в курс дела. Хотя мальчик тот ещё. Его, по-моему, учить – только портить.

Алена согласилась. «Скрипя сердцем», как говорили в той редакции, куда она собиралась отправиться. (Хотя почему «говорили»? Говорят!) Увольнялась она по-хорошему, не хлопая никакими дверьми. Все знали – по личным причинам. Так зачем портить отношения с бывшим главным? Мало ли что!