Книга Пленники белых ночей, страница 104 – Ирина Ширяева

Ребята ждали, не смея поднять головы. Костик за креслами перешел в режим неживого тела, каким, в сущности, и являлся.

Вдруг темноту зрительного зала осветила вспышка молнии. Она была настолько яркой, что на несколько секунд ослепила всех.

Но вот сетчатка вновь смогла воспринимать окружающую действительность. И обнаружилось, что на краю сцены лежит поблескивающий даже в полумраке предмет.

Это был большой серебряный ключ причудливой формы.

Ключ!

Даже не верилось, что воплощенный в Восковой персоне грозный Петр вот так запросто и по царским меркам не мешкая отдал уникальный артефакт.

А ведь опасались, что капризный государь ответит отказом или, скорее, вообще не ответит. Я, мол, всего лишь Восковая персона, что вы от меня хотите, ничего не знаю.

Ну или в лучшем случае заставит долго объясняться и на коленях униженно молить о милости. Безвозвратно теряя драгоценное время, между прочим.

К счастью, создатель Санкт-Петербурга оказался личностью адекватной, почти своим парнем. Он сразу все понял и сделал как надо.

Может быть, потому, что за триста прошедших лет император осознал, что, в гневе заперев раку святого Александра Невского на ключ, совершил роковую ошибку. Ничего изменить он уже не мог. Но не переставал надеяться.

Надеяться, что когда-нибудь перед его очами появится такой вот маленький отважный отряд. И миссией этого отряда будет исправить его, государя, судьбоносную оплошность.

Как бы там ни было, заветный ключ лежал прямо перед ними.

— Благодарим вас, государь! О, благодарим! – счастливо вскричали ребята.

И даже Костик радостно высунулся из-за кресел.

Стива церемонно подошел к краю сцены и торжественно взял артефакт в руки.

Вернее, не столько торжественно, сколько осторожно. Во-первых, священная реликвия! Ну а во-вторых… Во-вторых, офицер службы НН, видимо, не исключал возможности какого-нибудь парадокса или подвоха. Уж очень все гладко прошло. Между тем всем известно, как своеволен и разухабист был порой государь.

Однако ключ в руках Стивы поблескивал серьезно и надежно, внушая бодрость и уверенность в победе.

Маленькая компания ликовала. Изо всех сил хотелось пуститься в неудержимый торжествующий пляс.

Останавливал только надменный взгляд Петра.

Впрочем, уголки губ Восковой персоны тоже едва заметно изогнулись, обозначая благосклонную и солидарную улыбку.

Вдруг у себя за спиной ребята услышали нехороший, тихий и обвальный шорох. Они тревожно оглянулись.

Из открытых дверей фойе в зрительный зал сочились какие-то мерзкие тени. Они шепчущим валом обрушивались сверху вниз – по ступеням амфитеатра. И растекались по зрительским местам, словно зеваки, пожелавшие присутствовать при казни.

Ребята оказались вплотную прижатыми к рампе. Бежать было некуда: позади только сцена.

Митя схватил Лизу за руку и ринулся на подмостки. С другой стороны по ступенькам взлетели Стива и Костик.

Но вот они на сцене, а дальше-то что? Митя постарался представить план театра, который открывал на бегу в телефоне, и начал лихорадочно соображать.

Спасаться через кулисы? Но левая дверь, через которую они только что пытались пройти, не только заперта, но и, похоже, заколдована. Судя по всему, как раз для того, чтобы им нельзя было сейчас через нее сбежать.