Книга Темнота в окне напротив, страница 63 – Вивиана Торн

Вся эта ситуация с моими родителями его напрягает. И меня тоже. Но я успела рассказать ему подробности разговора с мамой и папой. Мне показалось, что это прогресс для всех.

Мы добираемся до кухни и рассаживаемся за столом. Я искренне завидую Ньютону, который все еще жмется к груди Хантера.

Наверно, любовь к котам у Келлеров — это семейное.

— Кофе? — спрашивает отец Хантера, ставя передо мной чашку капучино.

— Эспрессо, спасибо. — отвечает он.

Несмотря на гостеприимство, в помещении ощущается напряжение. Оно сгущается с каждой секундой. Я мысленно считываю вопрос, застрявший в голове у отца: «Какого черта Хантер Келлер делает в нашем доме? Не говори. Я знаю, что вы делали с ним этой ночью».

И я до жути благодарна отцу, что он не произносит это вслух. И вообще, мне везет, что рядом нет мамы.

— Не забудь про прием у Беатрис сегодня вечером, Эстер. Ты обещала. — напоминает отец.

Точно.

Одно из вчерашних условий — что я начну выходить в свет, и прием в честь дня рождения маминой подруги Беатрис фон Аллен должен стать первым выходом.

Сжимаю зубы.

Неприятно. Потому что это как бы вечер, банкет, и я не могу прийти туда с Хантером во избежание сердечного приступа именинницы. Его не приглашали, ведь официально мы с ним даже не помолвлены.

Хантер сидит, не двигаясь и не моргая. Я не успела ему сказать об этом. Хотела объяснить за завтраком.

— Хорошо. — тихо произношу, всем своим вниманием наблюдая за реакцией Хантера.

Он сосредоточен, холоден и непроницаем.

— А на этих выходных… — продолжает отец, и мои глаза расширяются от возмущени, потому что о выходных с родителями мы ничего не говорили, кроме того, что я буду проводить их с Хантером.

— На этих выходных Эстер поедет со мной на *Эндуропаль дю Туке. — ровным голосом вставляет Келлер. — Я заберу ее завтра из университета после занятий. Вернемся в понедельник.

Виснет тишина, такая, которая обычно наступает перед бурей.

Задерживаю дыхание.

О черт…

Почему я ничего об этом не знаю?

То есть я ничего не знаю и о том, какие планы строили для меня родители на эти выходные, но вот это место, куда собирается отвезти меня Хантер, манит всей моей окрасившейся тьмой душой.

— Эстер, это правда? — глаза отца с осуждением сужаются на мне. — Я напомню тебе, что у тебя университет, а пропускать занятия…

— У нее официальное освобождение от занятий. Ректор Гросси включила Эстер в группу спортивной поддержки, и за это она получит дополнительные баллы. — с непроницаемым лицом объясняет Хантер.

Я прикусываю губу, чтобы она случайно не дернулась и не выдала того, что о поездке на какие-то соревнования вместе с Хантером я вообще ничего не знаю…

Точно…

Группы поддержки и баллы. София же говорила мне об этом.

Медленно выдыхаю. Поднимаю глаза на отца и нахожу в себе смелость улыбнуться.

Папа отступает на шаг, но упирается ладонями в стол, словно готовясь к броску. Похоже, что в этот момент он осознает — мне больше не десять лет… Я совершеннолетняя взрослая женщина. Вроде бы…

Слово «женщина» ассоциируется у меня с опытом и рассудительностью, чего мне явно сейчас не хватает. В данный момент я могу назвать себя просто самкой.

Об этом кричит выбор моего сегодняшнего наряда. Утонув в гормональном всплеске и похотливости, в которых так беспощадно топит меня Хантер, я выбрала короткое платье, догадываясь… нет, прекрасно понимая, что оно сведет с ума моего самца.