Книга Темнота в окне напротив, страница 51 – Вивиана Торн

Ей нравится ощущать себя в этом вместе со мной. Жадная до темноты, она мне… доверяет.

Вероятно, зря.

Я погружаюсь в раскрытую передо мной Эстер вновь и вновь. Натягиваю цепи. Сжимаю и нежно ласкаю. Я буквально довожу мою девочку до беспамятства, наслаждаясь её прекрасными стонами. Заполняю собой. Когда руки Эстер безвольно повисают, а нога, отведённая назад, сгибается в колене, я понимаю, что на сегодня точно достаточно.

Чёрт… Я перегнул. Не сдержался.

Снимаю Эстер с цепей и несу в постель.

Достаю крем из аптечки и осторожно смазываю её лодыжки и запястья, пока она понемногу приходит в себя.

Эстер права, это было слишком.

— Прости. — говорю, рассматривая темнеющие следы на запястьях.

Эстер не отвечает. Она тянет меня к себе и целует. Плавно. Нежно. С любовью, которая исцеляет сердце.

Она мой свет.

Возможно, поэтому я так отчаянно тащу её в свою тёмную бездну.

Эстер

Я просыпаюсь рано утром от горячих поцелуев Хантера в его кровати. Потягиваюсь, ощущая, как тело приятно ноет после вчерашнего… представления, судя по всему.

Хантер действительно превратил меня в шедевр, и я не могу этому сопротивляться.

После того как он довёл меня до бесчувствия, мой сталкер внезапно стал до безумия нежным.

Крем, тёплая ночная ванна. Он заботился обо мне, даже если в этом не было особой необходимости.

Вся та боль, которую я ощущала, была… освобождающей. Словно телу это было необходимо.

Я не понимаю, насколько это правильно или неправильно… Но боль от растяжек, падений и ударов палкой тренера не сравнится с тем, что делал со мной Хантер.

Боль с ним ощущается глубоким наслаждением, пронизывающим всё тело насквозь. Приходится сжимать бёдра, потому что я чувствую желание, но сомневаюсь, что готова к новому раунду.

Поворачиваюсь лицом к Хантеру и внимательно всматриваюсь. Он подпирает голову ладонью и тоже принимается разглядывать меня.

Я еще не спрашивала Хантера о том, что его так взволновало после разговора с отцом, но это должно быть… чем-то ужасным. Стоит ли спросить?

— Хантер. — начинаю я, но теряюсь в его тёмных глазах. Сейчас я вижу в них тихую бездну, а не бушующую пучину, и не хочу омрачать утро, напоминая о чём-то… что может задеть за больное.

Если он захочет — сам расскажет. Я просто уверена, что это личное и как-то связано с его отцом.

— Как ты себя чувствуешь, Эстер? — Хантер ласкает костяшками пальцев мою шею, там, где у меня осталось достаточно засосов.

— Эээ… хорошо. — улыбаюсь я.

Он молча смотрит мне в глаза, будто пытаясь понять, не вру ли я. После этого опускает взгляд на мои запястья, на которых остались следы от цепей.

Они выглядят… устрашающе, но ощущаются приятным напоминанием о безмерном удовольствии, в котором Хантер меня вчера утопил.

— Я возьму в аптеке что-то другое. — он осторожно поглаживает пальцем оставшиеся отметины.

Поднимаю ладонь к его груди и медленно веду по тёмным линиям татуировок. Его тело напрягается.

— Эстер… — произносит он почти рыча, но не останавливает.

Хантер позволяет мне провести ниже, к его животу, приподнять простынь и увидеть его орган в полной готовности и опасно манящий пирсинг.

Глубоко вдыхаю и сглатываю, потому что не понимаю, как у этого человека может постоянно стоять. Однако при виде его члена я чувствую, как между ног становится влажно, а истерзанная плоть ноет, требуя почувствовать его в себе.