Книга Темнота в окне напротив, страница 2 – Вивиана Торн

Переодеваюсь, не стесняясь лишних глаз.

Я готова.

Плейлист доходит до «Лунной сонаты» Бетховена, но в современной обработке. Мне так нравится.

Я устраиваюсь у станка, тщательно отрабатывая позиции и балетные движения.

Плие. Демиплие. Батман тандю.

Я делаю это с наслаждением, забывая обо всех нелепостях, которыми меня дразнили в балетной школе. Забывая об оскорблениях. Забывая о правилах. Я делаю это так, как хочется мне, как нравится.

Возможно, поэтому мне не удалось стать балериной, зато у меня осталась любовь к танцам.

Каждый вечер я посвящаю своему хобби.

Одна. Сама.

Никого не стесняясь.

Отдаваясь музыке. Нарушая правила.

Всё это — с шикарным ночным видом.

Я танцую для темноты в окне напротив, представляя, что у меня есть зритель.

Танцую, изящно изгибая руки, добавляя креатива. Сменяя классику современными движениями. Миксуя. Пробуя.

Чувствуя себя манящей и желанной.

В какой-то момент я поворачиваюсь в сторону заброшенной виллы, делая реверанс и представляя, что танцую для кого-то. Что где-то там есть зритель, ценящий мой танец…

Именно в этот момент в тёмном окне вспыхивает огонёк, словно от смартфона.

Я сбиваюсь. Резко вдыхаю от неожиданности и задерживаю дыхание.

По коже пробегает холод, словно кто-то провёл пальцами по позвоночнику.

Что это было?

Там… кто-то есть?

Огонёк пропадает, а я задаюсь вопросом: может, мне просто… показалось?

Хантер

Свет загорается в соседних окнах, как по расписанию. Она всегда делает это — открывает двери и впускает воздух. Переодевается. Включает музыку. Танцует.

Который вечер я наблюдаю за невероятным концертом.

Эстер.

Та самая девушка из университета — такая сдержанная в обществе. Оставшись наедине, она превращается в изящнейшую фигуру и балует своими движениями мои глаза. Только мои.

Слишком…

Эстер слишком нежна для меня.

Нужно было просто закрыть глаза. Отвернуться в сторону.

Но нет…

Мозг постоянно возвращает к балерине, и ежедневное наблюдение за ней и её танцами стало привычкой, необходимой, как воздух.

Чёрт.

Всё началось с того дня, когда мне пришлось перекантоваться в заброшенной семейной вилле. Не помню мотива — то ли захотелось побыть одному, то ли отец взбесил своей моралью и недовольством моим увлечением — мотокроссом.

Я помню только одно: как стоял в темноте старинной виллы, с облупившейся краской, и смотрел на неё, как на ангела, порхающего по паркету.

И не верилось, что мне доступен такой вид — на неё, на Эстер.

С тех пор у меня появилось новое увлечение.

Она.

Каждый вечер я наблюдаю за каждым её движением, раскованностью, которую она не позволяет себе в кампусе. Так вот какая она, серая аристократка…

Смотрю, как её пальцы едва касаются шеи. Эстер прикрывает глаза, словно наслаждаясь. Она ласкает себя, не представляя, что это делает со мной, а именно — заставляет её желать.

Неистово, дико, до одури. В голове разгораются фантазии, как бы она стонала подо мной и вот так вот приоткрывала бы свой идеальный ротик.

Эстер даже не представляет, каково это — видеть её в кампусе после всех этих представлений и удерживать себя от того, чтобы не затащить в какой-нибудь кабинет, вжать в стену и поиметь её нежность со всей жёсткостью, присущей мне в сексе.

Однако меня останавливает одно…

Страх её сломать…

Нет… Я терпелив.