Книга Интим не предлагать, или Новая жизнь бабушки Клавы, страница 90 – Лина Богданова

Отобедала чем Бог послал. Навела порядок в кухне. Растопила печку…

* * *

На четвертый день дом и участок были приведены в порядок. Из окон на мир смотрели веселенькие белоснежные занавески в снежинках. Свежепобеленные калитка и забор от улицы празднично и немного вызывающе выделялись из золостисто-рыжего окружения. Огород и клумбы в палисаднике чернели свежевскопанной и старательно разровненной землей. На веревках в глубине похожего на причудливое темное кружево сада колыхались на ветру пестрые домотканые половики.

Пушистый серый кот мирно вылизывал лапки на завалинке. Рядом примостилась Петровна в цветастой шали с расписной чашкой в одной и огромным маковым бубликом в другой руке.

— Вот уж наворотила делов, ударница! — послышался с дороги знакомый голос. — Все ли в гордом одиночестве успела переделать?

— А как иначе, Иннокентий Иосифович? — манерно пожала плечами ударница, шумно отхлебывая чай из маминой чашки. — Нам теперь надеяться не на кого. Приходится самим управляться.

— А кто, с позволения спросить, принудил Вас к сей самостоятельности? — хмыкнул муж, присаживаясь рядом. — Уж не собственная ли инициатива?

Откусил добрую половину бублика:

— Хватит капризничать. Все равно в деревне делать больше нечего. От скуки загнешься. Домой поедешь? У меня только сегодня выходной. Потом три дня автобуса ждать придется. Что скажешь?

Петровна прикинула: а ведь и вправду загнуться можно. Вчера третий раз полы мыла. Скоро до дерева половицы протрет. Конечно, муж ей достался не подарок. Слишком в еде переборчивый. И ночами храпит. Но ведь не пьет, как Зоськин Петька. Зарабатывает прилично. По театрам-выставкам по выходным таскает. А что ворчит частенько, так то от возраста и проблем на службе. Сам от того и страдает. Поди, на магазинных пельменях и держится бедолага.

Опять же, с автобусами здесь целая проблема. Ездят лишь по вторникам и субботам…

— Кеш, я не могу. Я у Зоськи продуктов на послезавтра заказала.

— Тоже мне причина! Да Зоська эта давно привыкла к срокам твоих капризов. Больше пяти дней они не выдерживают. Едем?

Петровна хотела возмутиться: кто бы говорил о капризах! Но возмущаться не хотелось. И она принялась собирать вещи. Четвертый уход от мужа, проходя в плановом режиме, приближался к концу. Пора было возвращаться в город.

Когда-то она мечтала признаться в любви на выпускном. Своему единственному, которым полнились ее сны и планы на светлое будущее.

Картинки рисовались зефирные — бело-розовые, воздушно-кружевные, сладкие, с легкой кислинкой. Словом, очень и очень романтические.

Да и сама Мариночка была барышней кисейной, жизненной прозой не испорченной. Выбрала парня под стать свои представлениям о женском счастье. Высокого, красивого, умного. Из хорошей семьи. Надеялась, что Сергей сам все поймет и почувствует.

В снах так и случалось — он приходил, скромно переминался с ноги на ногу у лифта. Долго краснел и терялся при встрече. И, наконец, решался на самое главное в их жизни признание. Играла музыка. За окнами подъезда взрывались сотни фейерверков и взлетали в небо воздушные шары. Распускались цветы, и пели птицы.

Парень робко брал Маринку за руку и… на этом ее сны почему-то заканчивались. Обидно. Так ни разу и не услышала девушка желанных слов. А Сергея подхватили за белы рученьки другие, более смелые и настойчивые девицы. И вдохновили на романтические подвиги.