Онлайн книга «Родинка на линии судьбы»
|
— Какой ещё лихой люд? Это в конце XX века? Серёж, ты мне сказки не рассказывай! — Ты спросила, я ответил. Места здесь для романтиков с большой дороги уж больно привлекательные. Золотишко по рекам моют, алмазы и прочие самоцветы ищут, собольим мехом интересуются. Да мало ли… Тут староверы себе скитов понастроили. Ещё в начале века. Беглые зеки от погони спасаются… — Прямо хоть книгу пиши: «Леса кругом были наводнены беглыми каторжниками и злобными староверами. Нормальному человеку в забайкальской тайге приходилось несладко…» — Прости. Но твоя ирония не уместна. Люди у нас и гибнут. И пропадают. Для того по всему периметру забор тянется. И наряды раз в два часа весь гарнизон снаружи обходят. «Бабушкины сказки, дедушкины отмазки, — подумала про себя Соня, но, вспомнив о сегодняшнем своём страхе, решила вести себя поосторожнее, — допоздна задерживаться не буду и попрошу Алексея провожать меня хотя бы до боярышника. И дихлофос с собой возьму. На всякий случай». Дихлофос оставался с момента окончания войны с тараканами. Пользы от него не случилось, нашлись более эффективные препараты. А выбрасывать баллончик Соня пожалела — мало ли на какие нужды пригодится. Вдруг моль пожалует. Или муравьи задумают вернуться. И пригодился! Правда, не для муравьёв. А для собственного успокоения. — Дама в панаме и с дихлофосом под мышкой, — смеялась над собой Соня, торопясь на свидание. — О времена! О нравы! Но не будем распространяться. На то она и женщина, чтобы иметь тайны. * * * При всей своей болтливости в присутствии Алексея инцидент с таинственной веткой она ни разу не упомянула. А просьба о сопровождении была озвучена в несколько ином ключе: — Мне так не хочется с тобой расставаться, пусть ещё несколько минут мы сможем бывать вместе. — Я бы мог провожать тебя до самого подъезда, — улыбнулся в ответ Алексей. — Не стоит, мне бы не хотелось давать нашим кумушкам повод для любопытства. Показалось или возражение удовлетворило нового знакомого? Хотя какой там новый! Соня воспринимала Алексея кем-то вроде давнего приятеля. Почти родственника. Нет, родственник не подойдёт! За родственников замуж не выходят… Приходящие не раз и не два провокационные мысли оставались незаконченными. Соня и сама толком не понимала, чего хочет от этого притягательного во многих отношениях молодого человека. Замуж? Но она почти ничего не знает о нём. Да, живёт в Европе. Да, родом из этих мест. Да, приехал к родителям в гости. Да… И всё! При всём при том, что ему-то о ней известно всё до мелочей! С чего бы такой интерес? — А вдруг… И снова мысль оставалась незаконченной. На выводы и знаки препинания не хватало смелости. Появление Алексея выворачивало наизнанку её порывы и стремления. Соня, сама того не желая, превращалась в наивную девочку. И отдавалась на откуп воле, мудрости и опыту сказочного принца. Ничего не имея против. — Может, это любовь? — однажды во сне возникла неожиданная мысль. Опустилась в глубины замутнённого сном сознания. Притихла. Освоилась. И прижилась. — Подумаешь, глупости! — возразила ей хозяйка утром. — А если ОН сделает предложение? — не унималась незваная гостья, развивая собственную линию обороны. — Если признается первым? — Тогда и будем думать, что с этим делать, — решила Соня. |