Онлайн книга «Фиктивные. Бой с любовью»
|
Да замолчи, носорог... Мне твои комплексы знать необязательно. Шкура фарфоровая, - бугай продолжал хрипеть, назло выворачивая руку в суставе, волоча меня по полу, а потом подкинул, обратно усаживая на стул. Он дергался, явно стараясь сделать больно, а когда получалось, начинал довольно рычать. - Если ты легла под такого ублюдка, как Лютаев, то не жди от меня понимания, кукла. Ты - подстилка... Ну и учитывая, что даже мужу ты не нужна, не жди к себе хорошего отношения. Эта правда была такой колкой, стреляющей, что я даже возразить не могла. Бугай навис надо мной черной тучей, транслируя презрение, ненависть и ярость. Какого чёрта! Меня гнали кредиторы отца, как плешивую собаку, караулили у дома, у больницы, в магазине, но никто и никогда не пытался убить взглядом. Что сделал Лютаев? И почему за его гребаный бойцовский клуб должна расплачиваться я? — Заткниииись! - бугай поставил точку в своей пламенной речи и рывком пришлёпнул мне на лицо шматок серебристого скотча. Он поправил наручники, завёл руку через сломанную перекладину стула, и я оказалась полностью обездвиженной. По шекам покатились слезы. Когда адреналин спал, страх стал таким едким, таким настоящим, что от смелости не осталось и следа. Бугай приставил к моему виску ствол, звонко цыкнул, а когда я вздрогнула, довольно расхохотался и двинулся в дальний угол ангара. Его подельники тоже веселились, увлечённо наблюдая за спектаклем. Но я не шевелилась, боялась издать хоть один звук, только бы он не набросил мне на голову мешок Мужики хохотали, дружно покидая ангар. Воротина скрипнула, свет, льющийся снаружи, потух, и я оказалась в кромешной темноте. В правом углу шебуршали то ли мыши, то ли крысы, звук становился громче, будто даже приближался, но мне было все равно. Выдохнула, закрыла глаза и расслабилась. Я одна... А значит, в безопасности. Мысли расплывались, даже боль уже не пульсировала. Стресс явно победил, потому что дальше я провалилась в тягучую дрёму. Не слышала голосов, шума, даже крысы вдруг перестали пугать. Мне виделась мамочка... Её изящный профиль, чуть сероватый цвет лица, тонкие губы с опущенными уголками. Трогательная грусть во взгляде и тепло материнских рук. Нет, бугай явно неправ….. Не может быть, чтобы моя мамочка растила меня на радость богатому пузачу. Нет... Это всё неправда. Тело в мешок с песком превратилось... По позвоночнику бежали колики, онемение, но силы иссякли. Меня душили жажда, голод, а язык и вовсе прилип к нёбу. Не могла повернуть голову, потому что силы покинули окончательно. Сквозь тревожную дымку сна доносились громкие звуки, тяжелые шаги и хриплый смех.- Просыпайся, кукла! Мы уезжаем. Прозвучало это так резко, что я по инерции попыталась встать, но стул снова зашатался подо мной. А следом прямо в лицо прилетела щедрая порция ледяной воды.- Сука! - заорала я, содрогая стены ангара. - Какой ты мужик? Орангутан долбаный! Даже если ты меня считаешь шлюхой, то это не дает права обращаться, как с куском дерьма.- Ты посмотри, голос она подала, - он снова затрепыхался, наблюдая, как я пытаюсь плечом стереть с лица воду, пахнущую тухлятиной. - Вставай, кукла, мы уезжаем. Птичка напела, что твой рыцарь передумал и уже мчится тебя спасать... Взгляд здоровяка вдруг стал таким жутким, опасным, сверкающим, как миллион новогодних гирлянд. И, кажется, он был явно доволен тем, как всё складывается… |