Книга Её игра, его правила, страница 121 – Александра Чаранкова

— А почему ты не участвовала?

— Ну, пока они участвовали, я танцевала. Каждому своё.

— А что за Александр? — отец желал узнать подробнее о таинственном мужчине, который ещё и плащ свой предложил.

— Это мой друг, или, как он говорит, «дружбан». Я его вытащила из потасовки, вызвав охрану, и с того момента он признал меня своим другом! — даже без упоминания Игры история складывалась очень правдоподобно.

Всю правду необязательно рассказывать ещё и по той причине, что в неё мало кто поверит. Тайная Игра, ненастоящий санаторий, куча аристократов, бегающих по зданию, — разве такое может быть в реальности? К тому же, вдруг Оля разболтала матери лишнего, и за это Императрицу того… Ликвидировали!!!

— Молодец, я всегда говорила, что друзья познаются в беде! — Галина даже не скрывала своей гордости за Дашу, а ещё больше за себя — за такое воспитание дочери.

— Тебе не досталось в этой потасовке? — переживал отец, но ушибов на Дарине он не заметил.

— Нормально, там очень быстро отреагировали и ситуацию разрулили, — девушка только теперь вспомнила, что была ещё Герцогиня, Компаньон Цезаря, которая тоже пропала.

— И ты всю ночь танцевала с Александром? — не унималась Галина.

— Нет, до фейерверка проходили разные конкурсы. Нас разбили по парам, вот я и встала в пару с Александром. Мы так все конкурсы и прошли, а танцевала я не с ним.

— Ага, так это тот, второй! — наконец-то история сошлась и у матери: вот и всплыл в рассказе ещё один молодой человек. — А его как зовут?

— Не знаю, — с грустью призналась Даша. — Мы договорились восьмого марта встретиться, но пока я спала, он уехал…

— Ишь какой деловой! — возмутилась Галина. — Некогда ему, уехал! И не нужны нам такие важные птицы!

— Не злись так. В целом я очень хорошо провела праздник!

— И это уже замечательно! — согласилась мать. — У нас тоже новости хорошие! Твой отец пару картин своих продал, — Геннадий утвердительно закивал, подтверждая слова жены.

— Папа, ты картины продал? А какие? — отец рисовал столько, сколько Даша себя помнит, но никогда не продавал свои картины, и тут вдруг.

— Я стал выходить на рынок, стоял среди других художников, черпая секреты и хитрости у профессионалов. Иногда удавалось продать маленькие расписные кружки. А тут заметил, что каждую субботу по нескольку часов у картин стоит какой-то мужчина и смотрит. Я пару раз попробовал его о чём-то спросить, но тот молчал. А на прошлой неделе купил сразу три!

— И часть этих денег отец передал на облагораживание клумб нашего района! — у Галины даже голос изменился: поступок глубоко тронул сердце женщины, поэтому она наконец-то простила своего мужа, которого все эти годы продолжала звать вандалом.

— Мужчина купил «Рассвет», «Подсолнух» и «Яблоню», — перечислил картины Геннадий, радуясь, что и его тяжкие труды окупились. Не только хобби, но и заработок! А вот Дарина призадумалась, услышав названия картин: что-то вдруг зашевелилось в памяти. Она достала телефон и протянула отцу фотографию той самой картины, которая её впечатлила.

— Пап, вот этот «Подсолнух»? — Геннадий изменился в лице, увидев снимок, и с удивлением посмотрел на дочь.

— Откуда… Где ты сделала эту фотографию?

— Поздравляю, — других подтверждений уже не требовалось, было понятно, что это та самая картина. — Твой «Подсолнух» висит в санатории «Солнышко».