Книга Молчание вдвоем, страница 92 – Вера Колочкова

— Чего мне от тебя скрываться, Сонь?

— Ну мало ли… А я вот решила вытащить тебя из плохого настроения, развеселить немного!

— Это чем же ты хочешь меня развеселить?

— А вот слушай. Мы сейчас большой компанией рванули на турбазу, на Тургояк. Может, ты к нам присоединишься? Только сразу не отказывайся, я отказов не принимаю! Тем более это же где-то рядом с тобой, правда?

— Ну да. Тургояк – это недалеко от Перми. Но я же не могу, Сонь…

— Да чего не можешь-то? Все ты можешь! Оставь детей с отцом, ничего страшного, если тебя пару дней не будет! Надо же тебе как-то развеяться, как-то отвлечься! Там весело будет, я гарантирую! Все удовольствия будут, и шашлыки-машлыки, и баня, и музон… Давай соглашайся, Саш! Хочешь, я за тобой кого-нибудь на машине отправлю?

— Ладно, Сонь. Отправляй. Я поеду.

— Окей! Тогда жди моего звонка! И готовься! Будет весело! Для тебя сейчас самое то.

— Да. Жду.

Нажала на кнопку отбоя и долго еще смотрела на дисплей – чего это она вдруг согласилась? Будто заныло внутри что-то, захныкало. Но с другой стороны, и что такого? Что плохого в том, если она отвлечется немного? Хватит уже с ума сходить.

Вышла в гостиную, где сидели перед телевизором отец с мачехой, спросила тихо:

— Дети спят?

— Да. Мы их в спальне уложили, – повернулся к ней отец.

— А можно я уеду с друзьями на Тургояк? Останешься с детьми, пап, если я уеду?

— Ну что ж… Если тебе так надо, – согласился отец, мельком взглянув на мачеху.

Та сидела прямо, как изваяние. Видимо, с трудом сдерживала в себе стихию эмоций. Но не сдержала-таки, проговорила с напором:

— Ну все, пошла девка вразнос. А ты тоже хорош, Костя! Нет чтобы строгое отцовское слово сказать да кулаком по столу стукнуть! Мол, сиди дома, жди мужа, не дергайся! Ну что это такое, а? Да будь она моя дочь…

— Слава богу, я не ваша дочь! – звонко проговорила она, улыбнувшись. И тоже не сдержалась, добавила: – Не зря говорят: бодливой корове бог рогов не дает.

— Что-о-о? – грозно обернулась к ней мачеха.

— Тихо, Люсенька, тихо… Не надо, прошу тебя, – засуетился отец, оглаживая Люсеньку по плечу.

И, обернувшись к ней, проговорил быстро:

— Может, все-таки передумаешь, Саш? Ну зачем тебе это надо? А если без тебя Женя приедет? Что мы ему скажем, а?

— Как приедет, так и уедет! Ничего страшного, пап!

Зло сказала, как отрезала. Ушла в спальню, прилегла на кровать рядом со спящими детьми. Опять захотелось плакать, но сдержалась. Лишь прошептала тихо, сглотнув горечь:

— За что ты так со мной, а? За что, Женя? Я теперь сама себя не узнаю… За что Женя?

Он ходил из угла в угол по гостиной в квартире Дины, никак не мог успокоиться. И остановился, когда Дина скомандовала решительно:

— Сядь, Жень! Что ты бегаешь по комнате, как загнанный зверь! Да, Саша не захотела меня слушать. Вернее, слушала, но не захотела понять. Ей трудно, Жень! Она очень обижена! Она из-за этой обиды не может ничего воспринимать, никаких слов не слышит! Еще и с мачехой все время скандалит и злится из-за этого. Слава богу, хоть дети в порядке. Как они не хотели меня отпускать, ты бы видел.

Он сидел, хмурился, рассматривал свои ладони. Потом снова вскочил, начал ходить по гостиной от двери к окну.

— Зачем я тебя опять послушал… Почему сам не поехал за ней? Почему?