Книга Ты вариант, страница 96 – Аллен Дэви

— Даша, – шепчет Марк снова, его голос, кажется, стал еще тише, словно он боится нарушить хрупкую тишину момента.

Я ничего не отвечаю, просто смотрю на него, утопая в глубине его взгляда.

Я что, позволю ему себя поцеловать?

Этот вопрос эхом отдается в моей голове, не давая покоя. Я словно разрываюсь на части: логика твердит о том, что это плохая идея, а сердце упрямо толкает вперед, заставляя забыть обо всем.

Он наклоняется ближе, его дыхание касается моих губ, и именно в этот самый момент включается подсветка по всей квартире, заставляя зажмуриться.

— Да будет свет, – говорю я, пытаясь привыкнуть к яркому освещению.

— Да будет свет, – повторяет Марк, слегка отстраняясь.

— Давай я возьму коробку? – протягиваю руки. Парень смотрит на меня с невысказанным вопросом в глазах, но через секунду молча отдает игрушки. – Спасибо большое.

— Пожалуйста. Наверное, пойду, уже поздно.

— Спасибо, что подвез и проводил, – искренне улыбаюсь я.

— Всегда к твоим услугам, – отвечает он и делает шаг назад.

— Даже не знаю, как тебя отблагодарить?

— «Спасибо» будет достаточно.

— Спасибо, Марк.

— Пожалуйста, Даша, – мы снова улыбаемся друг другу. – Обнимашки?

— Думаю, с этим, – я слегка приподнимаю коробку с игрушками и чизкейком, – будет сложновато.

— Да, наверное, – он пожимает плечами.

— Но можно сделать по-другому.

Марк смотрит на меня с любопытством. Я делаю шаг к нему. Даже в ботинках на платформе я едва достаю ему до подбородка, так что приходится встать на носочки, чтобы поцеловать его в щеку.

— Еще раз спасибо.

— Еще раз пожалуйста, Даша, – на его лице появляется самодовольная улыбка. – А можно еще раз? Один раз за то, что подвез, а второй – за то, что проводил?

— Конечно, – снова встаю на носочки и целую его в другую щеку. – Хорошей игры в понедельник.

— Спасибо, – он открывает дверь и выходит из квартиры, напоследок бросив: – Мы должны выиграть.

Марк

Мы проиграли.

Снова.

Два периода играли всухую, а под конец третьего нападающий соперников спровоцировал Хруста, одного из наших защитников. Завязалась драка, но судьи почему-то удалили только нашего. Николаич пытался спорить, но бесполезно. В итоге из-за этого несправедливого удаления нам забили, и мы за оставшееся время не смогли сравнять счет.

— Вы молодцы, ребята. Играли хорошо, – подбадривает нас тренер. – Остальной разбор завтра в девять утра.

— Простите, тренер, – голос Кости Хрусталева прорезает тишину. – Я виноват.

— Хоккей – командная игра, Хрусталев. Проигрывает и выигрывает вся команда, а не один человек, – отрезает Николаич. – Значит, и виноваты все. Один не сдержал эмоции, второй не справился с задачей, третий вовремя не перестроился.

Я смотрю на свои коньки, опустив голову. Проигрыш в регулярке – не самое приятное чувство, а в первые минуты вообще давит конкретно.

— Сегодня вечером проанализируйте свои ошибки, – продолжает Николаич. – Завтра разберем их и будем работать над тем, чтобы в будущем они не повторялись. Все услышали?

— Да, тренер, – отзываемся мы.

— Отлично, – перед уходом он добавляет: – Не позволяйте этому поражению убить ваш настрой на будущие победы.

Он молча выходит из раздевалки, оставляя нас наедине со своими мыслями. Я встаю и начинаю снимать с себя хоккейную форму, подготавливаясь к горячему душу.