Книга Счастье без имени, страница 31 – Саша Березина

Кофемашина издала писк, и Таня, взяв чашку с готовым капучино, повернулась к Ивану.

— Ты тоже прости. Ты делаешь для меня так много… Спасибо.

Спустя час Ваня уехал за новыми пиломатериалами, а Таня уселась на ступеньках дома с книгой. Май не переставал радовать ясной и по-летнему жаркой погодой.

Пригревшись, Таня не заметила, как задремала. Сначала она спала без снов, но вскоре одно видение начало сменять другое. Ей виделся какой-то мужчина, черт которого она никак не могла разобрать. Он что-то говорил ей. Потом он превращался в Ваню, который кричит на Юлю: «Это всё твоя вина! Ты виновата. Только ты!» А потом во сне Юля превращалась в неё, Таню, и она стояла вся мокрая, дрожа и плача, словно только что купалась в одежде. Настойчивый крик в её голове становился всё более назойливым, и Таня проснулась, резко открыв глаза. Она зажмурилась от яркого солнца, и виски прорезала боль. Таня потёрла лицо и с удивлением поняла, что по её щекам стекали слёзы.

Она поднялась и пошла в дом. Ослеплённая солнцем, Таня постояла немного, привыкая к затемнённому помещению. Пытаясь отвлечься от тревожного предчувствия, которое поселил в ней сон, она взялась за домашние дела. Покончив с ними, Таня вышла на задний двор и направилась к мастерской. Ваня ещё не вернулся, но ей хотелось ещё раз посмотреть на его работу. Мебель, которой обставлен дом, была простая, но удобная, крепкая и стильная. В ней была своя красота.

Включив свет, Таня побродила между верстаками, понюхала шершавые необработанные доски, погладила те, что Ваня превратил в отшлифованные бруски. Посмотрела на баночки с лаками и эмалями. Она постепенно продвигалась вглубь мастерской и остановилась у полотна, которое было наспех наброшено на какую-то работу. Таня вспомнила, как видела Ваню на этом месте и он действительно, когда она вошла, быстро накрыл нечто этим холстом. Повинуясь женскому любопытству, Таня потянула за уголок ткани, и та упала на пол, обнажив спрятанное под ней сокровище – женский портрет на деревянной основе. Это же та самая женщина, которая приезжала и ругалась с Ваней. Юля. Таня попыталась вспомнить подробности, которые рассказал ей Олег, но память до сих пор подводила её. Иногда какие-то детали забывались, а потом всплывали снова в самый неожиданный момент. Она надеялась, что её старые воспоминания когда-нибудь вот так же вдруг появятся и больше не исчезнут.

С портрета Юля смотрела на неё как живая. Полные губы, строгие черты лица. Тане хотелось бы быть такой же красивой – своим отражением в зеркале она была по-прежнему недовольна. С несчастного случая прошло уже недели три, а она оставалась такой же бледной и невыразительной. И глаза эти – огромные, будто специально созданные для того, чтобы вызывать жалость. Может, Ваня на это и повёлся?

Так это или нет, Таня знать не могла, но была уверена теперь в одном у Вани был художественный дар ему бы и правда картины писать.

— Что ты тут делаешь?

Таня вздрогнула, но постаралась не подавать виду.

— Ты вернулся?

— Что ты тут делаешь? – повторил Ваня.

— Я просто хотела посмотреть, и ткань… она упала.

— Сама?

— Ну… почти. Ладно, – призналась Таня, – мне было интересно. Вань, это потрясающе красиво!

— Я рад, что ты высоко ценишь мои таланты, но, пожалуйста, больше не делай так.