Книга Цвет любви – МЫ, страница 2 – Анна Евдо

Клим вспомнил, как Милана однажды нарисовала такие бровищи, что он трое суток с ней не встречался. Без обид тогда заявил, что подождёт, пока лишнее смоется. Красивая же девчонка, какого хереса себя специально уродовать, а из него делать слепого придурка. Мода модой, но в зеркало хотя бы иногда надо смотреть критичным взглядом. Мила подулась, раскрас притушила и больше таких бросающихся в глаза экспериментов не вытворяла.

Вообще, она нормальная. Сколько они встречаются уже? С полгода примерно, и месяц, как съехались. Он её не продавливает, но она как-то сама подстраивается под Клима. Женская натура всё же более гибкая, зато их обоих устраивает. Хотя он мог бы поклясться: Милка ждёт, что он изменится. Не действует в лоб. Если чует, что перебор устроила, заднюю включает или на тормозах спускает, но всё равно нет-нет да и придумает что-то: то попросит, то спор смешной по-серьёзному затеет. Такой, как сейчас, например. Клим на неё не сердился. Её женская интуиция сбоев не допускала. Милана действительно его знала, да и он сам согласился. Раз дал слово, значит, сдержит. Побудет благовоспитанным молодым человеком. Милку порадует, опять же. Иногда можно потерпеть временные неудобства.

Трудности никогда не пугали Клима. С двенадцати лет он вместе со старшими парнями безвылазно торчал в гаражах, среди мопедов, мотоциклов и машин. Его это – копаться в движках, ремонтировать, отлаживать. Водить, получая особенный кайф, словно каждый раз за рулём он приручает автомобиль вместе с дорогой. Они становятся спетым, сработанным трио, в котором нет соперников – только соратники.

Клим любил подбирать и искать требуемое. Иногда приходилось поохотиться, чтобы достать нужную деталь, но оно того стоило. Многое из того, чем он занимался, незаконно, порой опасно, не без этого. Зато учит такому, чему ни в одном институте не научат, и людей на раз проверяет.

Светофор переключился. «Губы» свернули, начисто забыв про поворотник, и, уже освободив полосу движения, нервным тиком врубили аварийку. Клим тронулся с выдохом облегчения, не отказав себе в удовольствии посигналить вслед самоустранившейся помехе, которая, без сомнений, приняла внимание за комплимент и послала смачный воздушный поцелуй в его сторону.

— Пизанская ты башня, – процедил Клим, прибавляя скорости.

Машинка-мечта послушно полетела вперёд. Если бы он не любил так давно и так преданно свой автомобиль, забрал бы этот себе. Люксовые тачки Клим всегда перегонял сам. Расстояние и время не имели значения. Он переносил встречи и менял планы, но никогда не перепоручал их другим ребятам. Помимо внешней атрибутики и внутренних наворотов, в таких машинах была та самая стать, которая отличает настоящую породу. Они благородны. Без суеты и напыщенности. Им не нужно лезть из кожи вон. Они суть и ориентир сами по себе.

Клим был парнем простым. Как говорится, главное, что сытый и не босый. Но чуйка на неподдельную мощь и цельность без красования и показухи у него всегда работала как на людей и животных, так и на машины. Они вызывали бесспорное уважение. Везде и всегда.

Можно пойти выбросить мусор. Шавки сразу несутся и крутятся под ногами у контейнеров, тявкают, трутся о ноги и просят подачку, а одна стоит поодаль, ровно, не шелохнётся. У самой рёбра торчат, но ни звука, ни движения. Голод её гонит и требует, но она его приструняет. Аристократка до самой мелкой шерстинки.