Книга Цвет любви – МЫ, страница 167 – Анна Евдо

— Ты… – Рора глубоко вдохнула, словно наполняясь храбростью, и выдохнула: – Книга без иллюстраций. Они там лишние. Содержательно, по делу, без отвлекающей лирики. В отличие от тебя, я похожа на раскраску. Постоянно требую усилий разукрасить сюжет и создать атмосферу. – Он издала сдавленный смешок и взмахнула рукой. – Не грузись и не обращай внимания.

— Даже справочники понятнее с иллюстрациями или фото, которые их дополняют. – Клим ткнул пальцами в план-изображение, разложенный перед ними. – А истории в картинках развивают воображение, разве не так?

— Так, – тихо согласилась Аврора, убавляя напряжение, разряд от которого, казалось, вот-вот запульнёт её в космос.

— И они спокойно соседствуют на одной полке. – Случайно Клим снова поджёг едва погасший фитиль.

Разговор путано соскальзывал с предметов на них самих и обратно, провоцируя продолжать рассказывать что-то слишком личное и без разрешения, но с радостным замиранием сердца делить его на двоих. Они замолчали, прикладывая озвученные сравнения друг на друга.

Рассеянный свет придавал Авроре прозрачной невесомости. Она как будто готовилась раствориться в ночном сумраке при малейшем неловком движении. Клим выключил фонарик и перевернул телефон экраном вниз, прижав им затрепыхавшийся лист с проектом новой переделки.

Они вроде бы всё обсудили, но расходиться совсем не хотелось. Клима тянуло сесть на бордюр, сгрести эту неземную девушку к себе на колени аккуратно, но очень крепко, чтобы она не улетела в звёздную вышину. Он бы к ней не приставал. Просто долго обнимал бы и слушал о жизни на неизвестных планетах. Может быть, поведал бы ей парочку примитивных секретов о таких же слепошарых, как он сам.

В темноте им обоим задышалось свободнее, и Клим задал очередной вопрос:

— А если компания разношёрстная, у неё есть основной цвет? Возьмём прошедший субботник для примера. Что ты о нём скажешь?

— Калейдоскоп на молочном фоне.

Клим обречённо закатил глаза.

— Что?! – Аврора забавно задрала подбородок.

— Ничего. – Клим, напротив, склонил голову и посмотрел на неё исподлобья. – Чувствую себя косноязычным лаптем. Несмотря на сумбур и толпу, субботник получился чёрно-белым. Без прикрас показал, кто явился за выгодой, а кто от души.

— А кто-то из любопытства. – Рора хитро повела бровями. – Кое-кто хотел отсидеться дома, но не устоял, чтобы доказать, чьи пироги вкуснее. А кто-то использовал шанс выгулять платье и помериться силой. Разные цели и желания соединились в калейдоскоп, но в итоге вышло нарядно. Белый цвет чистый. Молочный же именно нарядный. Он дарит красивый уют, что-то близкое и родное. Наш двор стал молочным холстом, объединив все разноцветные помыслы и эмоции его жителей.

— Допустим, ты ничего не знаешь о человеке или предмете. Тогда ты тоже видишь их цвет? – Тема становилась неисчерпаемой и увлекала всё дальше. – Или как это у тебя происходит?

— Возникает направление или более узкая палитра. – Аврора задумалась. – Иногда основной цвет проявляется сразу, а порой формируется довольно долго по мере узнавания. – Она вскинула на Клима засверкавшие глаза. – Интереснее всего открывать по-новому уже вроде бы знакомое.

Клим окинул Рору пристальным взглядом с головы до ног: стоит перед ним вроде бы знакомая девчонка, которая сама по себе терра инкогнита. Он с ней ступает на неизвестные земли, а то, что набило оскомину и изучено вдоль и поперёк, вдруг разворачивается другим боком и меняет ракурс восприятия. И мир вокруг, мать его, реально начинает играть новыми красками.