Книга Все любят Маргариту, но она мертва, страница 29 – Рози Стори

— А есть ли разница между безумием по-хорошему и безумием по-плохому?

— О да! – От голоса Джейка Поппи заулыбалась. От его голоса ей начинало казаться, что все будет хорошо или даже замечательно. – Разница невероятная, Маргарита. Просто огромная.

— Здравствуйте, мои прекрасные. – Похожая на птичку бритоголовая женщина сидела на полу, а рядом с ней устроился мужчина в пурпурном фетровом жилете, вышитом грибами. Все это было в освещенной свечами гостиной на верхнем этаже дома возле Дэлстон-Джанкшн; за спиной у хозяев виднелись набитый книгами стеллаж, куча домашних растений в горшках и телевизор, который легко опознавался, даже накрытый саронгом из батика.

На полу перед ними были разложены кристаллы и расставлены бронзовые чаши разных размеров.

— Это поющие чаши, – сказала Джетта с некоторым самодовольством, когда они с Поппи уселись бок о бок на лежавших на полу подушках.

— Для тех, кто со мной не знаком, меня зовут Торн. – У Торн был ирландский акцент и низкий медленный голос. Крошечные руки, большой рот, прозрачный топ и куча сережек. – Сегодня вечером мы будем работать с энергией матушки Какао, и я буду вашим проводником. – Она разожгла маленькую ароматическую палочку, вертя ее над пламенем свечи. Как только палочка задымилась, Торн встала и окурила ею женщину рядом – получилось что-то среднее между крещением и танцем. Мужчина в пурпурном жилете заиграл на гитаре нечто напоминающее фольклорную песню без слов, иногда сопровождая ее мычанием.

— По-моему, он забыл слова, – сказала Поппи вполголоса, наклонившись к Джетте.

Та не ответила.

— А что это за палочка, Джетта?

— Пало санто, – шепотом ответила Поппи ее подруга, не глядя на нее и сохраняя то особенное благоговейное выражение лица, которое приняла сразу же, как они вошли. Когда Торн начала окуривать Джетту, та как-то уж слишком кайфовала. Поппи не в силах была на это смотреть; она закрыла глаза и заставила себя расслабленно улыбаться, пока дым приветствия не окурил ее всю и не двинулся дальше.

Сев на место, Торн сказала, что будет очень рада, если ее «попутчики» представятся. Поппи огляделась и решила, что «попутчики» – неплохое описание для собравшихся. Шесть женщин, двое мужчин.

— Пожалуйста, найдите, к какому кристаллу вас тянет, – промурлыкала Торн, – и мы построим спираль намерения, когда откроем энергетический портал.

Джетта уломала Поппи прийти на эту какао-церемонию, описав ее как успокаивающий ритуал с горячим шоколадом, где они будут лежать в темноте, а кто-то будет бить в гонг. Поппи никогда подобными духовными практиками не увлекалась, а вот Джетта и Маргарита вечно как-нибудь просвещались. Принимали аяуаску в Перу, панчакарму в Керале, випассаны в Уэльсе. Поппи предпочитала сидеть дома на диване и получать периодически их путаные восторженные сообщения, а сама погружалась в «Нетфликс» и работала с энергией чипсов и вина.

Торн повернулась к женщине слева и кивнула, давая ей знак представиться.

— Привет, – сказала женщина. Судя по акценту, она была родом из Глазго. – Я Летти. Моя интенция – плодородие. Я…

Поппи задумалась, не написал ли ей Джейк чего-нибудь с тех пор, как она последний раз проверяла телефон.

Тот разговор, начатый под дубом два дня назад, длился, пока она ехала на такси до гостиницы, пока регистрировалась – там она отключила звук, – потом пока она полчаса лежала в огромной ванне на золотых лапах – там она включила громкую связь, – а потом еще час в постели, в халате с монограммой отеля. Попрощалась Поппи только потому, что так устала, что задремала, пока Джейк рассказывал ей про канал нового бойфренда его бывшей жены – тут, очевидно, был подходящий момент, чтобы отключиться. На следующее утро, когда она проснулась, Джейк уже послал ей песню «Мое обаяние действует» Мадди Уотерса, и с тех пор их разговор будто бы не прекращался, просто в нем иногда случались паузы, когда они занимались своими текущими делами.