Книга Нешуточная любовь, страница 86 – Бетти Коррелло

— Что мне нужно было понять? Чего ты хочешь, Эдди? – Я сложила руки на груди и встретилась с его мягким взглядом. – Ты не просто так сыграл эту песню. И не говори, что не помнишь. «Секс и карамель» играла, когда мы впервые поцеловались.

— Помню, Дель. Я все помню и понимаю. И знаю, чего хочу, – твердо парировал он. – Я хотел поговорить о том, что случилось, но ты сначала отмахнулась, а потом просто пропала. Слушай, я знаю, что в прошлый раз оплошал, но я обещаю исправиться, и я понимаю, что в это трудно поверить…

— Эдди…

Он вскинул руки, показывая, что еще не закончил. Впился в меня взглядом своих темных глаз.

— Никаких больше игр, – сказал он четко и сделал шаг мне навстречу, так и не опустив руки. – Никаких недомолвок. Вот поэтому я и не хотел заходить дальше в том жутком номере. Боялся, что ты неправильно меня поймешь и решишь, что для меня это какая-то мелочь. Дело ведь касается тебя, Дель. Нас. И я… я не смогу еще десять лет умолять небеса, чтобы ты лишилась работы, рассталась с парнем и вернулась сюда.

Сердце часто билось в груди.

— Ты умолял небеса?

— Черт, практически. – Он вздохнул, запустив пальцы в кудри. – Я не знаю, что было между нами десять лет назад. Если бы знал… если бы мог осознать… я бы много лет назад все исправил. Просто поверь, Дель. – Он закусил нижнюю губу и набрал в легкие воздуха. – Я хочу быть с тобой. Правда. – Он помолчал. – А ты?

— Твою мать, Эдди. – Я отложила гитару в сторону и нервно, поверхностно рассмеялась. – Разумеется, блин, я тоже хочу быть с тобой.

— Это хорошо, – выдохнул он. – Отлично.

А потом шагнул мне навстречу. Одним плавным движением провел ладонью по шее, скользнул в волосы, притягивая к себе, а сам наклонился, вжимаясь в меня всем телом, и я застыла в оцепенении. Так и стояла, не поднимая рук. Остальной мир растаял. Прижавшись ко мне вплотную, он слегка наклонил мою голову и коснулся нижней губы зубами.

Поцелуй вышел нежным; в нем не было остроты, накопившейся за десять лет, – лишь плавная, жгучая жажда. Жажда, от которой внутри вспыхнуло пламя, растекаясь по животу лавой и ртутью. От него пахло кокосовым шампунем и пряной сладостью туалетной воды, а на губах таял вкус апельсина. Коснувшись пальцами челюсти, он скользнул языком мне в рот, а сам потянулся ниже – провел рукой по шее, по спине и остановился на талии.

Как же я не понимала, насколько сильно соскучилась по нему? Как же не понимала, что, даже проведи мы вместе остаток жизни, я все равно буду грустить из-за упущенных моментов? Что буду ревновать его к той, с кем он провел последние десять лет? Что буду ненавидеть всех и вся, кто может забрать его у меня?

Трясущимися руками я вцепилась в футболку у него на спине, прижала его к себе со всей силы, и мы вместе пошли назад. Он прижал меня к сцене за бедра, и его руки ловко скользнули к заднице.

Разорвав поцелуй, он прижался ко мне лбом.

— Ты так красиво поешь, – сказал он хрипло. – И шутишь. И смеешься. Хочу, чтобы ты смеялась всегда.

Я отстранилась.

— Ты пьяный, что ли?

— Прости, – сказал он, с улыбкой зарываясь лицом в мою шею и скользя по ключицам губами. – Мне бы коней попридержать, да?

Я запрокинула голову.

— Где все хваленое спокойствие?

— Я слишком счастлив, – прошептал он, опаляя дыханием ухо.