Книга Не моя классная, страница 21 – Тата Кит

Странные люди. Очень странные.

Единственная, кто меня поздравила от душа, это Марина. Она не просто поздравила, а подарила мне набор карандашей.

— Ты говорила, что от акрила перешла к карандашным наброскам. Я поспрашивала в специализированном магазине, мне сказали, что эти карандаши порадуют любого художника, — сказала она, вручая мне набор. — Они мягкие и что-то там ещё… Я не всё запомнила.

— Спасибо, Марина! Они потрясающие! — обняла коллегу и подругу.

— И тут бумага к ним. Чёрная.

— Чёрная?! Обалдеть, Марина! Спасибо тебе большое! — я вновь её обняла.

Проходящие мимо коллеги, скептически на нас поглядывали, но нам было откровенно на это плевать. Пусть морщат свои носы сколько хотят, главное — чтобы не лезли ими в личное.

— А давай сегодня вечером в кафе посидим? — предложила я Марине. — У тебя есть с кем девочек оставить?

— Первый отдел полиции готов посидеть с моими бандитками в любое время дня и ночи.

— Тогда после уроков никуда не уходи. Поедем вместе.

Красивая до опизденения.

Дверь её кабинета оказалась открыта. Я остановился на пороге, оперся плечом о дверной косяк и остался незамеченным Евой.

Она была увлечена работой — проверяла детские рисунки.

Каким-то улыбалась, какие-то корректировала, ловко орудуя карандашом и ластиком.

В солнечном свете, льющем из окна, буквально светилась.

До одури хотелось подойти к ней и так же заправить непослушную прядь каштановых волос за ухо, как делала она.

Тонкие пальчики, аккуратный маникюр, ебливое обручальное кольцо…

Заглушил внутреннее раздражение. Выродком, загадившим её паспорт штампом, я ещё займусь. Уже в процессе…

Уроки закончились, я пришёл на волейбол и вновь её там не обнаружил. Хотя машина её была на парковке.

Поднялся в кабинет и не ошибся — вот она сидит. Красивая, классная, недоступная, не моя. Пока что.

В конце коридора громко заржали пацаны.

Ева вскинула голову и крупно вздрогнула, увидев меня.

— Господи! — выдохнула испуганно, положив аккуратную ладонь на грудь.

— Репетируешь, как будешь называть меня в постели? Похвально, — нагло ухмыльнулся ей. Ева в эту же секунду запустила в меня карандашом, который я поймал. Подошёл к её столу и положил его у альбома с неказистым детским рисунком, которому Ева поставила «пять». — Слышал, ты опять меня хочешь.

Поймал лёгкую улыбку в уголке её губ.

— У тебя явные проблемы со слухом. Тут либо лор, либо психиатр. Второе — предпочтительнее. Ты слышишь то, чего нет, никогда не было и не будет.

— Уверена? — возвышаясь над ней, переложил футболку с плеча на плечо.

Ева опустила взгляд на мой обнаженный торс. Бегло посмотрела на татуировки и вернула внимание моему лицу.

Ни один мускул на её лице не дрогнул.

Даже обидно как-то.

— Я к тебе по делу, — включил серьёзный тон и сунул руку в карман шортов.

— Если ты сейчас выложишь на мой стол Матвейку, я проткну его насквозь.

Она взяла остро заточенный карандаш и сжала его в кулаке.

— Мой Матвейка слишком большой. Его так просто на стол не выложишь. А вот это… — вынул из кармана браслет, положил его на ладонь и протянула Еве. — С днём рождения, девочка-грех.

— Что это? — она настороженно заглянула в мою ладонь. Принимать подарок не спешила.

— Браслет ручной работы, — произнес спокойно и взял его двумя руками, чтобы открыть замок. — Сделала одна хорошая знакомая. По моей просьбе.