Книга Его сводная победа, страница 99 – Анна Веммер

Когда мы возвращаемся, Сергей Васильевич помогает перегрузить продукты в домик, обнимает Элину и подходит ко мне.

— Значит, так. Каршеринговую машину я забираю. Там, во‐первых, накопилась приличная сумма за аренду, и надо бы ее уже вернуть. А во‐вторых, возвращаю тебе «Теслу».

Он протягивает ключ-карту от машины.

Это выглядит не просто как жест доброй воли, а как приглашение вернуться в тот мир, который казался мне потерянным навсегда. Я не уверен, что к этому готов. Но беру карту и киваю.

По крайней мере, ради Ледышки стоит попытаться.

Элина

Утром я думала, что это была лучшая ночь за последние годы. Но ошибалась. Лучшая ночь получилась сегодня. Хотя после приезда отца мы с Марком не решились даже коснуться друг друга. Пусть папа и уехал, но все же.

Мы снова устроили кинотеатр в нашем крошечном саду. Я напилась вина, наелась до отвала торта, посмотрела дурацкий фильм и уснула, свернувшись клубочком под теплым одеялом.

А сейчас я просыпаюсь от легкого прикосновения к плечу. Открываю глаза и вижу ту же глубокую уютную темноту, которую нарушает только слабый свет луны, пробивающийся сквозь шторы.

— Эля, проснись, – шепчет Марк.

— Чего? – бормочу я, сонно протирая глаза. – Который час?

— Четыре. Вставай, оденься потеплее, пойдем гулять.

— Ты в своем уме? Гулять сейчас? В лесу? – Я тяну одеяло выше к подбородку. От одной мысли о том, чтобы вылезти из теплого кокона, меня передергивает.

— Именно сейчас, когда нормальные люди спят, случаются самые интересные вещи.

Что-то в его тоне не оставляет места для возражений. Да и, признаться, внутри шевелится любопытство.

Я сдаюсь. Сбрасываю одеяло и, стараясь не обращать внимания на взгляд Марка, скользнувший по моим ногам, натягиваю джинсы и толстовку. Кроссовки, купленные отцом, оказываются практически впору, разве что немного велики.

Мы выходим за пределы территории домика на мягкую пружинистую дорожку из хвои и мха. Тропинка узкая, едва заметная в темноте. Она ведет куда-то в глубь леса, петляя между огромными силуэтами сосен. Марк включает фонарик на телефоне, но светит не под ноги, а куда-то вперед, выхватывая из мрака причудливые коряги, камни и внезапно возникающие паутинки, сверкающие как серебряные нити.

Я иду за ним, крепко держа его за руку и чувствуя странное волнение. Страха нет, но есть ощущение нереальности. Будто мы выпали из времени и пространства. Здесь, в этом ночном лесу, не существует ничего из прошлой жизни. Только тяжелое дыхание, свежий воздух, шуршание под ногами, далекий крик неведомой ночной птицы и тепло его ладони.

Мы идем минут десять, и вдруг лес неожиданно расступается. Перед нами оказывается круглое, почти идеальной формы озерцо. Такое крошечное, что больше похоже на лужу. Его поверхность – гладкая, как стекло, – отражает полную луну и рассыпанные вокруг нее звезды, создавая иллюзию, что под ногами еще одно перевернутое небо.

— Вот, – говорит Марк, отпуская мою руку. – Хотел тебе показать.

Я подхожу к самому краю озера и замираю, глядя на черную зеркальную гладь. Воздух здесь еще холоднее, от воды веет сыростью. А вокруг царит абсолютная тишина.

— Как ты нашел это место? – спрашиваю я шепотом, боясь нарушить чары.

— На ресепшене рассказали, посоветовали прогуляться.