Книга Его сводная победа, страница 36 – Анна Веммер

Мы возвращаемся на позиции. Украдкой я кошусь на Марка. И… черт возьми, он мне нравится. Уважаю в людях стремление бороться до конца, даже если проигрыш очевиден. Я и сама такая.

Иногда ты срываешь прокат короткой программы. Падаешь даже там, где нормальные люди не спотыкаются. Получаешь настолько низкие баллы, что всю ночь рыдаешь в номере и читаешь гадкие комменты в сети. А потом собираешь волю в кулак и катаешь произвольную так, как никогда не катала. Поднимаешься с восьмого места на второе, которое ценнее любого золота.

И через несколько лет получаешь это золото, потому что обошедшая тебя соперница попалась на допинге. Пара-па-пам.

— Раз… два… старт!

Я расслабленно толкаюсь и ошеломленно замираю, потому что Марк вдруг срывается с места. Из неуклюжей позы новичка он переходит на вполне профессиональные перебежки. Секунда промедления, две, три… я даже не пытаюсь соревноваться, просто стою возле третьего конуса с открытым ртом. А эта сволочь делает круг почета по катку и ржет!

— Ты… ты… врун!

— Не врун, а стратег. Кто же раскрывает все карты сразу? К тому же ты так забавно задирала нос. Чистое удовольствие.

— Где ты научился кататься?

— Ни капли не соврал. В детстве катался в коробке во дворе. Забыл упомянуть только тот факт, что в нашем дворе жил бывший тренер. Он давно ушел на пенсию и для развлечения гонял детвору, прекрасно зная, что у нас нет денег на дорогостоящие тренировки и экипировку. В НХЛ не попадем, но кататься умеем. Третий раунд? Решается судьба испытания… готова?

— Готова! – решительно отзываюсь я.

Ну и что, что сводный гад умеет кататься? Он выиграл, только воспользовавшись моим шоком. Я все равно чемпионка мира и профессиональная фигуристка. И меня не получится обогнать какому-то дворовому хоккеисту!

— На одной ноге, – напоминаю я.

— На одной, – соглашается Марк.

— На старт… внимание… марш!

А он неплох. Отстает на два конуса, и это достойное поражение. Люблю выигрывать у сильных соперников…

Я вдруг чувствую, как конек попадает в скол на льду. Теряю равновесие и падаю. Прямо так, как учила еще несколько минут назад, на руки. Больно. Удивительно, я столько падала, но кажется, что впервые удар такой болезненный.

Румянцев доезжает до конца полосы и лишь потом оборачивается.

— Эля… ты ушиблась?

Он помогает мне подняться. Хочется по-детски вырваться и отмахнуться, но я заставляю себя благодарно и непринужденно улыбнуться.

— Нормально?

— Ага.

— Давай заново.

Я смотрю вниз и вздыхаю. Конек попал в след от прыжка. От моего же прыжка, которым я выпендривалась в начале тренировки. Иронично.

— Нет. Все честно. Ты пришел первым, победа твоя.

— Победа несправедлива, когда соперник сошел с дистанции.

Я улыбаюсь.

— Не в фигурном катании. Лед скользкий.

Сама не знаю, почему победа Марка так бесит.

Его выигрыш не значит ровным счетом ничего. Он не говорит о моих способностях, не делает его сильнее. Это случайность! Если бы не трещина, я бы сделала его всухую. Паршивец просто феноменально везуч.

Везение раз: он оказался сыном олигарха.

Везение два: когда он умирал, совершенно случайно рядом оказалась я.

Везение три: я оказалась дочерью того же олигарха.

Везение четыре: я просто споткнулась и поваляла почти гарантированную победу по льду.