Книга Осколки первой любви. Его наваждение, страница 187 – Лена Бонд

Через час мы все вместе готовим праздничный ужин. Мама достает из духовки курицу, запеченную по ее особому рецепту – с чесноком, лимоном и травами. Аромат наполняет всю квартиру, и я не могу сдержать улыбку, представляя, как Руслан наконец попробует наше семейное фирменное блюдо.

Даша помогает накрывать на стол, старательно расставляя тарелки и раскладывая салфетки. Ее маленькие пальчики аккуратно выравнивают каждый прибор, и она так серьезно хмурит брови, что я не могу сдержать улыбку.

— Ты у нас настоящая помощница, – говорю я, целуя ее в макушку.

— Я хочу, чтобы мамочке было красиво, – серьезно отвечает она, и в ее голосе столько взрослой заботы, что сердце сжимается.

Лера нарезает салат, и я вижу, как ее руки, еще недавно дрожавшие, теперь движутся уверенно. Она словно оживает на глазах, возвращаясь к привычным домашним делам в окружении любящих людей.

— Знаешь, – тихо говорит она мне, когда мы остаемся на минуту вдвоем, – я впервые за долгое время чувствую себя… в безопасности. Как будто кошмар закончился, и я наконец-то проснулась.

Я обнимаю ее осторожно, чтобы не причинить боль.

— Он действительно закончился, Лер. Теперь все будет по-другому. Обещаю.

Наконец все готово. Мы садимся за новый стол – уютный семейный круг. Мама аккуратно одной рукой разрезает курицу, и золотистая корочка хрустит под ножом. Я с нетерпением жду реакции Руслана, когда он попробует первый кусочек.

— М-м-м, – выдыхает он после первого же укуса. – Это самое вкусное, что я когда-либо пробовал.

Мама сияет от гордости, а я чувствую, как меня переполняет счастье. Руслан подмигивает мне, и я понимаю, что он искренен.

За ужином мы говорим о будущем. Лера рассказывает, что подала на развод, и ее голос звучит твердо, хотя я замечаю тень боли в ее глазах.

— Стас не хочет разводиться, – тихо говорит она, глядя в свою тарелку. – Прислал через адвоката письмо… Говорит, что любит меня и Дашу, что изменится, что все будет по-другому.

Она поднимает глаза, и в них я вижу решимость.

— Но нас разведет суд. Уверена, что проблем не будет, учитывая обстоятельства. Я больше не вернусь к нему. Никогда.

— Конечно, не будет, – уверенно говорит Руслан. – Ему грозит серьезный срок по совокупности статей. И мой хороший знакомый, адвокат, проследит, чтобы он получил по максимуму.

Я не могу представлять интересы обвинения в суде, так как я родственник, а значит, автоматически считаюсь заинтересованной стороной, поэтому Руслан попросил своего знакомого помочь, но я принимаю активное участие в процессе и оказываю всестороннюю помощь. Для меня это очень важно.

Я вижу, как Лера вздрагивает при упоминании о тюрьме. Несмотря на все, что Стас сделал, она, наверное, все еще помнит хорошие моменты их совместной жизни. Первую встречу, первый поцелуй, рождение Даши… Все то, что было до того, как он превратился в монстра.

— Кстати, – говорю я, решив сменить тему на более приятную, – у нас с Русланом есть новость.

Все поворачиваются к нам, и я чувствую, как щеки заливает румянец под пристальными взглядами.

— Завтра я съезжаю со съемной квартиры, – объявляю я, и мое сердце начинает биться чаще. – И переезжаю к Руслану.

Руслан берет меня за руку под столом и сжимает ее. Я вижу, как его глаза светятся счастьем, и это придает мне уверенности.