Книга Ну какой же ты мерзавец!, страница 43 – Арина Арская

— Ну, знаешь, когда мне было шестнадцать, я понятия не имел, что на самом деле хочу Горошкину поцеловать, — говорит он наконец. Его голос звучит глухо, задумчиво. — А сейчас уже и смысла нет

— Почему же нет смысла?

Я тяну к его лицу руки. Мои пальцы касаются его щетины на челюсти. Я веду кончиками пальцев по линии скулы, чувствую, как под кожей перекатываются желваки. Он напряжён

Я поправляю ворот его рубашки. Белая ткань, идеально отглаженная, чуть хрустит под пальцами. Я поднимаю взгляд и хмыкаю:

— Ты вполне мог бы заставить её стать своей очередной шлюшкой. Закрыл бы, так сказать, свой подростковый гештальт

Демьян медленно моргает. Его взгляд скользит по моему лицу по лбу, по глазам, по губам

— Дело не в подростковом гештальте, Даша, — говорит он наконец. Его голос ровный, спокойный, но я слышу в нём сталь. — У меня есть принципы, которые я и не подумываю нарушать

— Если женился, то на развод не надейся?

— Есть ещё кое-что, Дашуль, — Демьян не моргает

Он делает паузу. Я не шевелюсь. Его взгляд задерживается на моих глазах, и я вижу, как его зрачки медленно расширяются

— У Горошкиной только две роли, — он снисходительно и терпеливо вздыхает, будто объясняет прописную истину глупому ребёнку. — Она должна была либо стать моей женой, либо никем

Он пожимает плечами

— Женой она не стала

Он расплывается в жуткой, хищной и торжествующей улыбке

— Так что она теперь — никто, — заканчиваю я за него

— Верно

Демьян обхватывает моё лицо тёплыми ладонями. Он наклоняется и целует меня в лоб. Коротко, сухо, без всякой нежности

— Мне всегда нравилось, что ты у меня умная, — говорит он

Затем он разворачивается и делает несколько вальяжны и расслабленных шагов в сторону лестницы

И вдруг, я сама не понимаю, что на меня находит, я следую за ним. Мои каблуки громко и требовательно цокают по мрамору

Я останавливаюсь в нескольких шагах от него. Сжимаю руки в кулаки

— А если бы ты узнал, что я тоже была в кого-то однажды влюблена? — выдыхаю я

Слова срываются с губ раньше, чем я успеваю их остановить. Раньше, чем мой холодный и расчётливый разум успевает вмешаться и заткнуть мне рот.

Демьян останавливается

Медлит несколько секунд. Я вижу, как напрягаются его плечи, как замирает его дыхание. Он оборачивается

Его лицо — непроницаемая маска. Ни одной эмоции. Только бровь немного вопросительно и насмешливо вскинута

— И кто же этот несчастный? — он хмыкает

Я молчу. Смотрю на него и молчу. В горле пересохло, язык прилип к нёбу

Он качает головой:

— Нет, не так

Он разворачивается ко мне всем корпусом и делает несколько шагов. Теперь он снова стоит вплотную, возвышаясь надо мной, заглядывая в мои глаза сверху вниз

— Я должен спросить не это, — говорит он тихо, почти интимно. — Я должен спросить: почему ты решила не быть с ним?

Я сглатываю вязкую слюну. Мой голос звучит глухо, незнакомо:

— Потому что он ничего не мог мне предложить. Кроме любви

Я делаю паузу и добавляю

— И проблем

Демьян вздыхает. Шумно, тяжело, с какой-то наигранной нежностью

— Ты же моя хорошая, — тянет он

И прежде чем я успеваю отшатнуться, он привлекает меня к себе. Его сильные руки обхватывают мои плечи, прижимают к широкой груди. С усилием и давлением Демьян вынуждает меня положить голову ему на плечо

— Ты мне врёшь, Даша, — шепчет он мне в макушку. Его тёплое дыхание щекочет кожу. — Ты не умеешь любить. Поэтому я и выбрал тебя