Книга Пристегните ремни. Взлетаем!, страница 19 – Тина Джель

— За кого ты меня принимаешь?! — осуждающе зыркает на неё из под очков Милка. — Он мне не понравился, но тачка у него была зачётная. Я просто хотела прокатиться, а он неправильно меня понял. И вообще, он дедушка моего ученика… — невинно хлопает она глазками.

Даже я на этом месте заржала...

Миниатюрная, симпатичная Милка, работает учительницей английского языка в частной школе. И всегда, кстати, была отличницей, несмотря на свою неконтролируемую, зачастую, любовь к мужчинам, и гениальные способности влипать в истории сомнительного характера. Из которых потом с честью выпутывается, не без нашей помощи, конечно.

— Как тебе вообще детей родители доверяют? — гогочет Лерка. — Расскажи-ка нам давай, как у тебя ночь сегодняшняя с горячим итальянским парнем прошла, а то мы тут измучились все уже в неведении...

— Ну, как? Как и положено крепкой семейной паре, — ржёт, — в пижамах и под разными одеялами. Оставил меня спать поутру, сам на работу ушёл.

— Ничего себе, как далеко вы продвинулись за столь короткое время! — восхищается в шутку Лерка, — Да у тебя талант дорогая...

— Ещё какой... — довольно ухмыляется наша мелкая, вытаскивая из-за спины ключи от квартиры и карту города Рима. — Может, Папу почтим своим визитом, коль мы здесь застряли?

Я выдёргиваю из её рук карту, на которой уже отмечены все основные достопримечательности Вечного города, гостеприимным хозяином и начинаю строить планы...

— Да не хочу я по такой жаре по городу шляться, — разрушает наши мирные планы Лерка, — нет там никого интересного, я уже посмотрела. И вообще, я не просвещаться сюда прилетела, а развлекаться. Не забывайте, что у меня травма... сердечная. Тонь, что здесь моря что ли поблизости нет? Позвони кому-нибудь, пусть нас на море отвезут...

— Нельзя тебе на море, у тебя месячные... — наезжаю я на неё из вредности.

— Ну и что, у тебя же тампоны есть... — не моргнув глазом отвечает мне Лерка. — Я куплю потом, отдам тебе, если что...

И пока я хлопаю глазами, лишившись дара речи от её наглости, они с Милкой, начинают увлечённо изучать ближайшие к Риму пляжи, совершенно не обращая внимания на мою недовольную физиономию. Вот как так, а?

— Что думаешь, по поводу Анцио? — наконец, вспоминают они обо мне. — Пишут, что лучший пляж близ Рима. И недалеко опять же, всего в шестидесяти километрах. На поезде около часа...

— Правда? — развожу я руки по сторонам, нарочито удивлённо вытаращив глаза. — Можете прокатиться на поезде, если вам так хочется. Я воздержусь, — не скрываю я своего недовольства.

— Тонь, ну ты чего? — невинно хлопает Лерка глазками. — Я же не только о себе думаю. Вот у тебя сколько уже нормального мужика не было? Ты где его искать собралась, на аудиенции у Папы что ли? Или ты втихаря от нас решила состариться на работе в одиночестве? Так мы тебе не дадим, так и знай...

Хотела было поначалу ей возразить: что не собираюсь я мужика никакого тут себе искать, но в конце её пламенной речи не выдерживаю, и начинаю тупо ржать.

Ладно, фиг с вами. Пляж так пляж.

— Ну, если мы все тут согласные, — подключается к дискуссии Милка, — тогда, может, за завтраком подробности и обсудим? Там Винченцо с утречка за свежими круассанами для нас сгонял...

Мы с Леркой на этом месте переглянулись, поморгали и благоразумно промолчали. Дружно встали и пошли на кухню.