Книга Как я случайно соблазнила капитана?, страница 18 – Ирина Серебрянская

— Я в Италии ровно три дня, — крикнула она, — а чувствую себя персонажем Томаса Манна, только без грации!

Алессандро рассмеялся — тем самым смехом, который она успела полюбить. Но вместо того чтобы сделать шаг назад, он приблизился, положил ладонь на её щёку и большим пальцем смахнул с её лица липкую, тающую сладость.

— Ты прекрасна именно потому, что у тебя нет этой итальянской постановки, — прошептал он. — Ты — моя любимая катастрофа.

Он поцеловал её прямо на набережной. Солёные брызги, лимонный вкус на губах, шум волн и крики прохожих — кто-то крикнул «Браво!», кто-то засвистел, а пожилой рыбак рядом с ними зааплодировал, кивая с одобрением.

Аня даже не смутилась. Она просто утонула в его губах, забыв о том, что она мокрая, что её сарафан прилип к телу и что она выглядит как тонущая мышь. Ей было всё равно.

* * *

Вечером он привёл её на виллу.

Это был маленький, но совершенный дом, стоящий прямо на утёсе. Белые стены, деревянные балконы, и стёкла, за которыми билось море — волны взлетали и падали так близко, что казалось, будто они сейчас ворвутся внутрь. Чайки кричали над головой, и солнце садилось в море, окрашивая всё в золотисто-розовый цвет.

Аня стояла на террасе и смотрела на этот закат. Алессандро стоял у неё за спиной, обнимая её за плечи, и она чувствовала его дыхание на своей шее. Оно было тёплым, с запахом моря и лимона.

— Ты очень хочешь меня соблазнить? — спросила она, не поворачиваясь.

— Я очень хочу, чтобы ты позволила мне тебя соблазнить, — ответил он. — Но не потому, что я итальянский капитан. А потому, что я никогда не встречал женщину, с которой мне было так легко.

Она повернулась к нему. Его глаза были тёмными, почти чёрными в этом свете, и в них горело что-то такое, от чего у Ани перехватило дыхание.

— Тогда пошли внутрь, — сказала она, улыбнувшись.

Они зашли в дом. Она сняла мокрый сарафан, оставшись в том самом белье, которое взяла «на случай апокалипсиса». Кружевное, чёрное, с такой сложной системой завязок на спине, что сама она не могла до них дотянуться.

Алессандро посмотрел на неё и рассмеялся.

— Это оковы? Или нижнее бельё? Ты что, юрист по уголовным делам?

Она покраснела, но засмеялась в ответ:

— Это шпионское снаряжение. Я планировала соблазнять итальянских шпионов.

Он обошёл её сзади, провёл пальцами по этим завязкам, развязывая их одну за другой.

— Шпионы бы не справились, — прошептал он. — А я справлюсь.

Когда кружево упало на пол, он прижался к ней — всем телом, от груди до бёдер, и она почувствовала его кожу, тёплую и напряжённую. Он начал целовать её шею — медленно, смакуя, опускаясь ниже к ключицам, к плечам. Каждый поцелуй был как волна, и она чувствовала, как её тело тает, как уходит всякая мысль о том, чтобы быть правильной.

Они падали на кровать, спотыкаясь о ковёр, путая руки и ноги. Она смеялась, когда его колено стукнулось о тумбочку, а он смеялся, когда она запуталась в простыне. Но смех быстро сменился тишиной — той тишиной, когда слышны только вздохи и биение сердца.

Она оказалась на спине, а он — над ней, опираясь на локти. Его глаза смотрели на неё так, будто она была картой, которую он хотел изучить вдоль и поперёк.

— Ты такая красивая, — сказал он. — Не в смысле «красивая, как картинка». В смысле — настоящая.