Книга Сердце бандита. Его пленница, страница 89 – Инна Матвеева

Иногда, попав в проблемы, можно раскрыть заново и жизнь, и себя саму, и любовь. Познать её настоящую, а не тот суррогат, который был у нас с Ваней. Окунуться по-полной в эмоции, страсть, в другого человека. И через это почувствовать себя настолько цельной и настоящей, что ни на что другое больше не соглашаться.

Я не думала, что способна пройти и четверти всего того, что было в моей жизни после появления Семёна. Похищение, попытка изнасилования, нападение с пистолетом, почти что убийство... Всё в моей жизни буквально пропиталось криминалом. Да и тот случай, когда вернулся в дом раненным, а мне пришлось возиться с этим ещё тогда, в плену... И ведь не жалею ни о чём. Каждое из этих событий было своеобразным кирпичиком в фундаменте нас как пары. А мы нерушимы. И ради этого можно преодолеть абсолютно всё.

Теперь я знаю, что это не просто громкие слова. Это реально может быть так.

И так оно и есть — в моей жизни.

Это делает меня бесконечно счастливой и живой. Радующейся даже такой мелочи, как летнему дождю за окном. Гремит гром, сверкают молнии, а мне вот совсем-совсем не страшно.

* * *

— Мама звонила, — сообщаю я Семёну, когда раскладываю нарезанные фрукты по тарелкам. Такой у нас сегодня перекус перед сном. — Говорит, Ваню всё-таки посадили.

Семён хмурится. Задумчиво молчит — ну да, я ошарашила таким сразу после его возвращения из компании, где теперь работает айтишником. По большей части он на удалёнке, но иногда едет в офис.

— Ты не подавала заявление, — уверенно говорит он. — Та ситуация, про которую я рассказывал, уж точно давно замялась. Тогда что на этот раз?

— Опять мошеннические схемы. Не знаю, почему ему пришло в голову вернуться в такие схемы заработка, но попался довольно быстро.

— М-да, — презрительно выдавливает Семён. — Что-то я всё сильнее сомневаюсь, что и тогда он не знал, что делал.

Я, если честно, тоже. Хоть и понимаю, насколько мужу неприятно быть обманутым таким слизняком, как Ваня. Очень хорошо понимаю — сама через это прошла.

Слишком уж он талантливо мимикрирует под нормального парня. Даже чересчур морального при этом.

— Мы просто сами не способны на подлость, вот и не всегда видим её в других, — мягко поясняю это всё и себе, и Семёну.

Он усмехается, притягивая меня к себе. Прикусываю губу, купаясь в знакомом тепле его объятий, которое вот уже начинает превращаться в жар.

Как и всегда с ним....

— Мы, — Семён повторяет это, словно забавляясь, пока его рука скользит мне под шортики. — Вообще-то я тебя похитил, да и какими только непотребствами не занимался.

Закрываю глаза, изнемогая от желания сказать ему, чтобы заканчивал разговоры и занялся некоторыми из непотребств вот прямо сейчас.

— Ты всё равно всегда всё делал открыто, — вместо этого шепчу. — Ты уж точно не подлый.

— Пожалуй, ты права, — легко соглашается Семён, разворачивая меня и рывком усаживая на стол. — Каким ты меня видишь, такой я и есть. И всегда буду.

Не сомневаюсь... Потому что я вижу и принимаю его настоящего. Как и он меня.

Тянемся друг к другу одновременно, руками к телу, губы к губам...

Вроде бы привычное действие, но быстро распаляет страсть. Сильнее прижимаю к себе мужа, двигаю языком в его рту, глажу его язык, кайфуя от взаимодействия и привкуса нектаринов, которые Семён всё-таки успел поесть.