Онлайн книга «Колье примадонны»
|
— Ну мы это и так знали. Ожерелье пропало. Но… — Но что? – Он повернулся ко мне. – Послушайте, Люда… что такое? — Ничего, просто я не люблю это имя, зовите меня Мила. — Мила, я ведь не идиот! Я знаю, что вы мне и половины не рассказали про ожерелье! Вы не считаете, что пора уж нам поговорить откровенно и вы должны рассказать мне все! Ага, как же. И про призрака, что является мне в офисе, и про злодеев, которые меня преследуют, и про манекен в кладовке… Ишь, разбежался! «Вы должны»… Да ничего я ему не должна! Ладно, остановимся пока на манекене. И я показала Шепотову камни в мешочке. И пока он жалостно причитал над сломанным произведением искусства, как будто не знает, что Виля быстро сделает из него конфетку, я поведала ему про манекен, про старого мошенника Таратуту, про барахолку «Вторая жизнь» и про Николая Платоновича Успенского. При этом имени Валентин сделал стойку, как охотничья собака. Потом осторожно развернул протянутый мной золотистый свиток и удивленно уставился на него. — Что это за язык? – спросила я нетерпеливо. — Греческий, – ответил он, не раздумывая. — Вы по-гречески не читаете? — Ну свободно я им не владею, но прочитать такой простой текст, пожалуй, смогу. «Это он называет простым текстом? – подумала я, взглянув на цепочку загадочных букв. – Выделывается передо мной? Да нет, и правда увлечен он этим делом, а что много языков знает – так при его работе иначе нельзя». А Шепотов тем временем прочел: — «Наследие златоголосой птицы сокрыто… сокрыто в последнем обиталище того, кто, помимо воли своей, предоставил оной певунье достойное ее жилище». Он удивленно посмотрел на меня: — И что бы это значило? — Ну начать с того, что речь идет о наследии… то есть наследстве «златоголосой певицы», или «певуньи»… Наверняка имеется в виду Алина Жирардо и ее наследие – то самое ожерелье. — Верно, – Валентин кивнул. – Теперь хорошо бы понять, кто предоставил Алине достойное ее жилище. Может быть, имеется в виду Никита Холодов, ее покровитель и любимый человек? — Но почему написано, что он предоставил ей жилище «помимо своей воли»? Холодов готов был все для нее сделать! — Тоже верно! Мы какое-то время молчали, а потом в одно и то же мгновение выпалили: — Знаю! — Ну, давай ты первая! – проговорил Валентин, как джентльмен, пропуская меня вперед. Я даже не сразу поняла, что он назвал меня на «ты», потому что с гордостью воскликнула: — Дом Даламбера! — Точно! Дом, где жила Алина, сначала принадлежал барону Даламберу и так и сохранил это название! — А последнее обиталище… — Это наверняка могила Даламбера, точнее, его надгробие! — И где эта могила находится? — Ты что, думаешь, я все знаю? Теперь я определенно заметила, что он перешел на «ты». Но вслух сказала другое: — А что, не все? — Не подкалывай! Для таких случаев есть… — Интернет? — А вот и нет! Для таких случаев есть книги! Он подбежал к стеллажу и стал крутить головой, стараясь найти нужную книгу. Потом встал на цыпочки, потом присел, что-то бормоча, потом с криком «Эврика!» подпрыгнул, достал с полки толстый том и положил его на стол. Я прочитала на обложке: «Старинные усыпальницы и надгробия Санкт-Петербурга». — Тут и алфавитный указатель есть! – с гордостью проговорил Валентин и принялся листать книгу. |