Книга «Орлы Наполеона», страница 82 – Александр Домовец

Далее предстоит работа во Франции. Здесь в помощь мощная агентурная сеть. Удачно и то, что страна до выплаты контрибуции оккупирована германской армией. Более шестисот тысяч солдат, на которых, если потребуется, можно опереться в любой ситуации… В общем, рычаги для поиска есть. Есть и понимание (пусть предварительное), в каком направлении искать. И если, чтобы выполнить задание канцлера, понадобится перевернуть Францию, он, Штибер, её перевернёт. Вывернет наизнанку.

Штибер умылся, пригладил взъерошенные волосы и критически посмотрел на себя в зеркало. Вид помятый, всё же ночь не спал, но настроение неплохое. Работает голова, пока ещё работает. Значит, будет и результат.

— Хрен тебе, а не отставка, — доверительно сообщил он собственному изображению в зеркале.

В отставку Штибер так и не вышел служил до самой смерти. Но и людей, которые были так нужны Бисмарку, не нашёл. Время, усилия, деньги были потрачены зря. Задание канцлера выполнить не удалось, — впервые.

Бисмарк остался очень недоволен. Рычал, ругался, обзывал старым ослом, грозился выгнать с лишением пенсии, однако в итоге со своим обер-шпионом так и не расстался — слишком нужным человеком был начальник тайной полиции.

Штибер так никогда и не узнал, почему поиски провалились. То ли потому, что он искал несуществующие фантомы, жившие лишь в голове у канцлера. То ли потому, что искомые люди умели растворяться в обществе и шли к своим неизвестным целям неизвестными же тропинками тихо и тайно…

Вслед за Долговым Сергей подошёл к окну, выглянул. Боже мой! На маленькой площади у ратуши яблоку негде было упасть. Толпились тут несколько десятков человек, чуть ли не половина взрослых людей, какие только были в маленькой деревушке. Шумели, жестикулировали, что-то обсуждали…

— Чего они собрались? Почему не в поле? Им сейчас землю надо пахать, бороновать опять же, а они тут руками машут, — хмуро заметил Сергей.

— Ради такого дела всё бросили, — хмыкнул мэр, не глядя на Белозёрова.

— "Такого" — это какого?

— А вы не догадываетесь?

Вид у него был растерянный, а лицо бледное. Глаза бегали по сторонам, словно в поисках выхода из западни, куда попал нежданно-негаданно.

— Что за притча, — пробормотал Мартен, не отрывая взгляда от площади. — Должно быть, лет сто, со времён Вандеи^[34] так не собирались…

— Это когда во время революции всем обществом якобинцев вешали? — спросил Марешаль тихо.

— Их. Да ещё пленных солдат-республиканцев…

Фалалеева передёрнуло.

— Нашли, что вспоминать, — недовольно сказал он. Выглянул в окно и тут же отпрянул. — Страсти какие… — Неожиданно напустился на мэра и сержанта. — А вы что тут стоите?! Надо же выйти к людям, узнать, чего хотят. Ведь не просто так собрались поболтать… Власть вы здесь или не власть?

— Не пытайтесь мне указывать! — немедленно окрысился Бернар.

Мартен только вздохнул и покрутил головой. Похлопал Фалалеева по плечу.

— Вон, я вижу, три человека вышли из толпы. Должно быть, хотят подняться сюда, в мэрию, — сказал мрачно. — Сейчас всё объяснят. Целая депутация. Старик Бастьен, надо же. Песок уже сыплется, а туда же… С ним Пессон. Ну, этот вроде мирный. Какого чёрта он сюда затесался? А третий… Ваш приятель, мсье Белозёров. Анри Деко, один из тех, кому вы в первый же вечер набили морду. Парень буйный…