Онлайн книга «Убить Кукловода»
|
Вскоре Агасфер лежал в объятиях Миры, не понимавшей, откуда старик взял недостающие деньги, и слегка напуганной его пылом и выносливостью. Первое в жизни убийство настолько разгорячило его, что от женщины он оторвался только под утро, и напоследок с сожалением окинул взглядом усталую Миру, у которой не было сил даже сдвинуть бёдра и прикрыть наготу. Мелькнула мысль, не остаться ли ещё – денег хватило бы. Но пора было уходить из Тиса, этого маленького городка, где убитого могли вот-вот найти и начать разбирательство… Время лилось мимо Агасфера невидимым и неиссякаемым потоком. Бывший сапожник давно свыкся с мыслью о собственном бессмертии и неуязвимости. Очередное подтверждение он получил, когда однажды, зазевавшись, не успел вовремя выскочить из Нила, и огромный крокодил в стремительном броске дотянулся до правой ноги Агасфера. В глазах потемнело от дикой боли, но уже через несколько секунд Агасфер пришёл в себя и потрясённо увидел, как из кровавой культи ниже колена вырастает новая нога. Зелёная лупоглазая сволочь ещё переваривала добычу, а сапожник уже был в состоянии ходить… А попытка чернокожего шамана отравить его сушёными ядовитыми грибами? Агасфер съел всю связку без каких-либо последствий, если не считать бурчания в животе, после чего ещё раз попытался втолковать шаману, что вовсе не претендует на верховную власть в племени, что на племя он вообще наткнулся случайно, пробираясь сквозь джунгли. Однако этот татуированный с головы до ног недоумок в диковинной рогатой тиаре, не слушая объяснений, вырвал у одного из воинов бамбуковое копьё и проткнул Агасфера. Сапожник пошатнулся, но и только. Он с кряхтением вытянул копьё через спину, в сердцах швырнул его на землю – сквозная рана зарастала прямо на глазах потрясённых негров. Галдя наперебой, они попадали на колени и жестами упросили Агасфера остаться у них. Должно быть, чернокожие приняли его за неведомое божество. Агасфер надолго остался в деревне и ничуть не пожалел об этом. Его поселили в лучшей хижине, окружили почётом и предоставили право спать с любой приглянувшейся женщиной. А главное, присмиревший шаман со временем многое показал, и научил Агасфера такому, что мысли его, получив неожиданный толчок, приняли некое, пока ещё крайне смутное направление… Как уже говорилось, телесно Агасфер чувствовал себя наилучшим образом. Но душа, душа… Да, он свыкся с бессмертием, как горбун привыкает к своему горбу, а слепец к вечному мраку. Свыкся – однако не смирился. Бессмертие оторвало его от обычной жизни, вознесло над людьми – и сделало безмерно одиноким. Иногда он с болью и нежностью вспоминал своих жён, детей, внуков, а вспоминая, плакал от невозможности упокоиться рядом с ними. В такие дни ему становилось настолько плохо, что, подняв руки к небу, он бессвязно и униженно кричал: «Ну, хватит, хватит уже! Ты же видишь, как я наказан, как страдаю! Неужто нет мне прощения?..» И, не дождавшись ответа, впадал в бешенство. В такие дни он всегда кого-нибудь убивал. Нарушая Божью заповедь, он испытывал огромное удовольствие. Ударив человека ножом в спину или камнем по голове, а потом, топча и пиная бездыханное тело, он бормотал: «Ты видишь, видишь?.. Ну-ка, накажи меня!.. Что – рука не поднимается? Не можешь отменить собственный приговор? Какой же ты Бог…» |