Книга Крутящий момент, страница 61 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Понятно, — сказал я.

— Мистер Соко, нам очень нужна ваша помощь! — затараторил продюсер. — Наш сценарист работал над диалогами и всем остальным, но там есть вопросы. Нам нужно, чтобы все звучало максимально аутентично. Советский коп в Лос-Анджелесе, его манера говорить, его реакции. Ну и то, как работала советская милиция — все должно быть настоящим.

— Я не уверен, что… — заикнулся было я.

— Платим тысячу долларов, — перебил он меня. — Наличными, сегодня.

Я снова посмотрел на Рэя Дэвиса, потом на Тейлора, потом на декорации.

Тысяча долларов. Тысяча долларов — это, мать его, тысяча долларов, больше трети моего месячного оклада. И я могу получить их сегодня. И бой Тайсона превратит эту тысячу минимум в три. И я смогу купить себе на них новую машину, а не разъезжать больше на этом «Шеветте».

Нет, похоже, что в этой клоунаде все-таки придется поучаствовать. Только вот черта с два я буду серьезен.

— Хорошо, — выдохнул я. — Где ваш сценарист?

И все завертелось. Откуда-то вышел сценарист — худой, бледный, с такими кругами под глазами, будто не спал уже неделю. Нас провели к столикам в углу, мне в руку вставили бумажный стаканчик с кофе, который я точно не рискну пить. А Деннис вытащил из кармана блокнот, из которого торчала куча закладок из бумажных обрывков.

Все остальные разбежались, похоже, что там снимали какую-то сцену. А сценарист посмотрел на меня и спросил:

— Вы реально работаете в полиции Лос-Анджелеса?

— Да, — кивнул я. — Я детектив из отдела угонов.

— И вы действительно из России?

— Да, из Советского Союза, — снова кивнул я.

— И вы работали в советской милиции?

Я не работал в советской милиции, естественно, мне тогда лет-то было. Но я работал в российской полиции, и в будущем, которое еще не наступило. Но им знать об этом не стоит, как и всем остальным.

— Работал, — тем не менее сказал я.

— Хорошо, — сказал он, раскрывая блокнот на какой-то странице. — Начнем. Как выглядело типичное утро советского копа?

Я подумал немного о том, что знал про советскую милицию из фильмов, книг и рассказов отца, который служил в МВД в восьмидесятые.

— Утром он просыпался по будильнику, — сказал я.

Деннис записал.

— Потом?

— Потом надо было включить радио. По нему играет гимн Советского Союза каждое утро, и мы все его пели. Так, что даже на улице слышно было, когда между домов идешь.

— Похоже, у вас не очень свободная страна, — заметил он, увидел, как изменилось мое лицо, и принял это на счет своей реплики, хотя на самом деле я просто едва удерживался от того, чтобы не заржать. — Ой, не обижайтесь, пожалуйста.

— После гимна начиналась передача с утренней гимнастикой, — я вспомнил песню Высоцкого. — А потом милиционер завтракал и шел на работу.

— А как он добирался? На машине?

— Нет, — я покачал головой. — В нашей стране личные машины есть у очень немногих. Надо было ехать на метро или в трамвае.

— А форма? Вы надеваете форму дома или на работе?

Ну да, здесь же есть раздевалки, и форму патрульные надевают уже в участке.

— Дома, — кивнул я. — Форму каждый вечер нужно выгладить, чтобы она выглядела безупречно. Потому что советский милиционер должен подавать всем пример.

— А оружие? Вы носили оружие постоянно?

Вот тут я немного призадумался. Насколько я знал, советские милиционеры носили оружие только на дежурстве, и то не всегда. Но это точно было не то, что они хотели услышать. Если я скажу, что нет, то он мне просто не поверит.