Книга Крутящий момент, страница 54 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

В какой-то момент я слишком увлекся погоней и не заметил длинную поперечную кочку, подозрительно напоминающую лежачий полицейский. Налетел на нее на максимально возможной скорости, почувствовал толчок, а потом колеса на несколько мгновений оторвались от земли. От мимолетного ощущения невесомости сердце пропустило удар. Зато через секунду послышался другой удар — машина приземлилась, подвеску с грохотом и скрежетом пробило до отбойников.

И в этот момент двигатель вдруг взревел, как бешеный, и машина, кажется, ускорилась еще чуть-чуть. Хотя до этого у меня не получалось выжать из нее больше ни единой мили в час. Ехавшие рядом автомобили прыснули в разные стороны — инфернальный рев, который неожиданно начал издавать мой «Шеветт», нехило напугал окружающих. Это что, от удара какой-то спортивный режим включился? Эта машина никогда так не ревела.

А еще через секунду сзади раздался пронзительный скрежет металла. Я мельком глянул в зеркало и обомлел — из-под заднего бампера ярким снопом летели искры. Но прежде чем я успел понять, что произошло, раздался звук, отдаленно напомнивший мне звук лопнувшей струны. Я снова взглянул в зеркало и увидел, как по асфальту покатился глушитель вместе с куском выхлопной трассы.

А-а… Спортивный режим, да.

Тем не менее, это могло дать мне столь необходимый прирост скорости. Я где-то слышал, что глушитель забирает у мотора пять-десять процентов мощности.

Снова вдавив педаль в пол, я поднял взгляд и громко выматерился, перекрикивая истошный рев мотора. Из-за того, что большинство машин испугались рева моего «Шеветта» и сдвинулись в правый ряд, ближе к обочине, Рамирес просто выехал в левый ряд и открыл газ как следует. И сейчас его «Эль Камино» стремительно отрывался от меня. Мой «спортивный режим» никак не мог компенсировать чудовищную разницу в мощности наших машин.

Через несколько секунд он с заносом свернул направо, на бульвар Эль-Сегундо. Отчаянно матерясь, я поехал за ним, но когда добрался до нужного перекрестка и свернул за Хесусом, его машины уже не было на улице впереди. Он воспользовался тем, что я потерял его из виду, и свернул еще раз. Я проехал вперед, крутя головой во все стороны, но он мог выбрать любой из десятка перекрестков, да и уйти мог хоть направо, хоть налево. Нигде не было видно его красного «Эль Камино».

Я остановился и со злостью ударил ладонью по рулю. Черт возьми! Я почти поймал его, и если бы не эта рухлядь — взял бы еще на выезде со двора. «Спорт-режим», мать его…

Я глубоко вдохнул, выдохнул. Ладно. Что случилось, то случилось. Нужно вернуться, забрать свой глушитель и ехать в участок — допрашивать задержанных и оформлять раскрытие угона. Все же совсем неудачным этот день назвать было нельзя.

В участок я вернулся достаточно скоро. Глушитель лежал на заднем сиденье, завернутый в газету, которую я вытащил из мусорной урны. Газета оказалась чистой, а вот глушитель был очень грязным, да еще и вонял. И проржавел он тоже порядком. Черт, почему моя машина такая гнилая, мы же в Калифорнии, здесь зимой практически не бывает снега, да и почти круглый год сухо.

Машина безумно ревела, а запах выхлопа в салоне стоял такой, что глаза щипало. Но выбора не было — у меня нет другого транспортного средства, а это еще пригодится. И придется ехать и ставить глушитель на место, посетить какую-нибудь автомастерскую. Опять расходы.