Книга Коллекционеры душ, страница 53 – Мария Борисова

Пока хозяин отсутствовал, я осторожно дотронулась до ярко-оранжевого шара на ветке. По ощущениям было похоже на хорошо выделанную тонкую кожу. Интересно, это съедобное или нет?

«Правильно, — ехидно похвалил внутренний голос, — в послужном списке уже есть «Путешествие к горе Арахум» — книжка, стоящая как вся твоя жизнь. Что по сравнению с ней заморский фрукт?».

Я отдёрнула руку и отвернулась.

Взгляд мой упал на стену напротив той, что с зеркалом. Здесь висели фотографии, как в павильоне Ярвеи, но, подойдя ближе, я обнаружила, что разнообразием это собрание не отличалось. Только изображения лошадей, каких-то механизмов и портреты женщины — одной и той же, маленькой, пожилой, судя по лицу, но стройной и подтянутой. Волосы у неё были тёмные — наверняка крашеные — а зубы белые и ровные. Какой интересный контраст с мужем…

Вот, кстати, любопытно: эти портреты остались, забрали только живописный. Может, для коллекционеров душ они не представляют ценности?

Или вор просто не обратил на них внимания? Или не успел обратить? Или с коллекционерами душ эта история вообще никак не связана?.. Но тогда в чём же дело?

А если это всё-таки коллекционеры душ, то знает ли о них Ярвея? Если знает, то и лично, возможно, с кем-то знакома. Было бы неплохо получить от неё небольшой список.

И совсем не обязательно привлекать к этому Дольна. Его сестра теперь со мной знакома, и вряд ли будет звать городового, если я наведаюсь к ней в гости. К тому же до её павильона мне идти отсюда ближе, чем до Будилок.

— Дия Вейшира…

Я вздрогнула. Наверное, ещё не скоро привыкну.

Ко мне из соседней комнаты торопливо семенил диу Легарн.

— Вот, я могу ошибаться, но мне кажется, что это пуговица художника. Мы нашли её на полу, как раз после его последнего визита. Скорее всего, с его сюртука… Тавекия хотела вернуть, но забыла, видимо…

На сухонькой раскрытой ладони старика лежала крупная жёлтая пуговица с отколотым краем.

* * *

Ярвею я встретила выходящей из павильона. Её глаза удивлённо распахнулись.

— Дия Вейшира?

— Простите, что так внезапно, я…

— Да о чём, речь. Я бы вас пригласила, но мне нужно уехать на верфь, меня уже ждёт экипаж… Так что если у вас долгий разговор, то либо придётся его отложить, либо вы можете поехать со мной.

Настал мой черёд удивляться.

— С вами? На верфь? Правда можно?

— Ну конечно. Пойдёмте, здесь недалеко проездная дорога через парк.

Ничего себе! Я побываю там, где делают корабли!

Одна из гнедых лошадок поприветствовала меня тёплым фырканьем и взмахом хвоста вправо-влево. Впрочем, вряд ли это было действительно приветствие — скорее всего, какая-нибудь муха доняла. Но мне приятно было думать, что лошадь мне рада.

— Нас сегодня двое, Мексей, — сказала Ярвея кучеру, который предупредительно соскочил с козел, чтобы открыть девушке дверцу, и смерил меня подозрительным взглядом. — Вейшира, пролезай первая, вглубь, та дверца заедает. Ничего, что я на ты?

Мне было ничего. Я вообще долго привыкала к тому, что меня на вы называют, и по-прежнему предпочитала, чтобы этого не делали.

Мы отправились в путь. Непривычные ощущения. Поскрипывания, покачивания, запах пыли… Маленькое окошко так далеко, что непонятно, зачем его вообще сделали. Пришлось выгибать шею, чтобы смотреть в него, хотя, казалось бы, зачем — что я, Трабастан не видела?