Книга Роковой 53-й. Смертельные игры, страница 57 – Елена Прудникова

А еще интересно бы узнать — а кто сдал Строкача руководству? Ведь не в обкомовской столовой он во всю мощь голосил.

Сердюк тоже рассказал об этом инциденте со сбором сведений. Строкачу он дал красноречивую характеристику:

«Строкач — партийный человек, преданнейший коммунист, он ходит в областной комитет, информирует и меня, как секретаря обкома, что он думает делать и что от него требует назначенный Берия какой-то Мешик».

«Какой-то Мешик» — это министр внутренних дел Украины и прямой начальник Строкача. Но товарищ секретарь, похоже, государственный аппарат не ставит вообще ни во что. Или он обиделся на министра? Сердюк облюбовал для себя особнячок во Львове, где располагался детский сад МВД, а Мешик выставил охрану и забрать садик не дал^[29]. Как можно спустить такое надругательство над партией?

По версии Сердюка, дело было так: Строкач получил от Берии задание — проверить, сколько в партаппарате работает русских, сколько украинцев, столько местных. О поиске недостатков в работе парторганизаций ни слова сказано не было.

Строкач кинулся к Сердюку: «Я не знаю, как мне быть». Это Сердюк так говорит, а скорее всего, Строкачу просто было лень напрягаться и собирать сведения, вот он и решил проехаться на статистике обкома. Сердюк ему сведений не дал, сказав: «Если бы звонили из ЦК, то через час у них были бы все сведения, а МГБ я не дам». И не дал. Как же так — верному бойцу партии, которого он столь высоко ценил, преданному осведомителю, рискнувшему ради партии должностью, — и не дал. Вот и служи после этого КПСС!

На суде Строкач тоже выступал, давал показания, рассказывал, как Берия громил украинское МВД. Заявил во всеуслышание, что, дескать, «нам нужны хорошие работники, чекисты, а не такие люди, которые только с трибун умеют болтать: “Ленин — Сталин!”» В результате со своих мест полетели многие украинские чекисты, в том числе и он, Строкач. Ну не сволочь ли Лаврентий Палыч, ну не преступник ли!

…Великое дело — оказаться в нужное время и в нужном месте. Принципиальный правдолюбец Строкач написал свое письмо 28 июня, через два дня после событий. Хрущев и компания панически искали хоть какой-нибудь компромат на Берию, тут он и подвернулся. И тогда кому-то пришло в голову: а пусть он напишет письмо! И написал, причем на такую тему, которая была бесконечно близка собравшейся в зале партноменклатуре. Две претензии пленума полностью характеризуют проблему. Первая: органы МВД не должны проверять работу партийных органов — а они проверяют. Вторая: Берия решил вывести органы МВД из-под контроля партийных комитетов, — какой мерзавец! В ходе обсуждения на пленуме то и дело слышалось возмущение по поводу того, что партийным деятелям не удается контролировать МВД, что их не пускают в тюрьмы, не дают присутствовать на допросах.

Бесконтрольность просто ужасная. Но… А как же те, кто по долгу службы обязаны контролировать МВД — прокуратура, суд, Министерство государственного контроля, Совет Министров, наконец, которому подчиняется министр внутренних дел и его контора? Да ведь и Берия — не только министр внутренних дел, он первый заместитель председателя Совета Министров, второй человек в государстве.

И каким образом, кроме как через органы МВД, может правительство получить информацию о том, что делается в единственной партии СССР? А может, там готовится измена, свержение существующего строя, может быть, они собираются совершить радикальные преобразования, провести приватизацию общенациональной собственности, продать промышленность иностранным хозяевам, развалить страну на отдельные государства. А распродав все, взять деньги и уехать куда-нибудь в Лондон или в Майами, предоставив страну и народ их собственной судьбе? Разве есть гарантия, что такого не могло быть? Как же можно не контролировать такую огромную силу?