Книга Кодекс крови, страница 7 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— И что, помогло? — осведомился майор.

— Как видишь! Надоело мне дважды в год в больницах валяться, и решил я совет пчеловода испробовать. Два месяца пил его лекарство и вообще забыл, что такое желудочные боли.

— А как ты на службу-то ходил? От тебя же спиртягой с утра нести должно было! — проговорил Гречухин.

— Во-первых, я его не стаканами пил, а столовую ложку всего, — пояснил Петрович. — Во-вторых, после настойки я всегда завтракал. А в-третьих, в девяностые ведь как было? Если ты свои обязанности исполнять можешь, не спотыкаясь на каждом шагу, то плевать начальству, чем от тебя пахнет!

Вот такими разговорами забавляли себя пациенты, пока делили палату. Первые дни эти беседы казались Гурову забавными. К тому же книги оказались достаточно интересными и занимали все его свободное время.

Однако затем все это начало казаться сыщику скучным и пресным. Вынужденное безделье начало его тяготить. Тем более что к концу первой недели процедур желудок окончательно перестал его беспокоить, и Гуров чувствовал себя абсолютно здоровым.

Мария навещала его ежедневно. Эти визиты скрашивали однообразие дней. Чаще всего она приезжала с Орловым или Крячко. Они держали сыщика в курсе дел, хотя особого внимания служебным вопросам и не уделяли.

Так продолжалось до середины второй недели. К этому времени сыщик уже полностью пресытился вынужденным отдыхом. Он уже не представлял, как сможет не умереть от скуки, продержаться оставшуюся половину лечебного курса, но именно в это время ситуация изменилась.

— Лева, мне нужна твоя помощь по одному делу, — немного сконфуженным тоном проговорил Орлов, позвонив сыщику по сотовому телефону.

— Петенька, а ты не забыл, что сам меня на лечение отправил? — язвительно поинтересовался Гуров. — Мне врачи покой прописали. Всякие треволнения мне категорически противопоказаны.

— А не язвить ты не можешь? — осведомился генерал.

— Могу. Но очень уж приятно над тобой поиздеваться, — ответил сыщик. — Ладно, вези свое дело сюда. Посмотрю, чем смогу помочь.

Систему видеофиксации места преступления сотрудники главка стали использовать одними из первых в стране. Ее преимущество состояло в том, что при подключении к делу нового сыщика он мог свежим взглядом осмотреть место преступления и заметить то, что пропустили его коллеги. При видеофиксации можно было увидеть все помещение целиком, а не только то, что эксперты зарегистрировали с помощью фотоаппарата.

Именно видеозапись и стал в первую очередь просматривать Гуров, после того как ознакомился с протоколом осмотра места преступления.

Полковник Желизняк сидел за столом роскошно обставленной гостиной в парадном мундире, с ног до головы заляпанном грязью. У Гурова сложилось ощущение, что он сам обмазывал себя липкой жижей, черпал ее из ведра, которое стояло неподалеку.

Из него торчала рукоятка ножа, видимо, использованного для убийства полицейского. Горло полковника было перерезано от уха до уха. Туда, как и в распахнутый рот, преступник напихал денежные купюры.

На груди у полковника, рядом с наградными знаками, была приколота фотография какого-то служебного кабинета. Детали на своем планшете Гуров рассмотреть не мог, но, судя по комментариям, имеющимся в материалах дела, это был служебный кабинет покойного.