Книга Дневник убитой женщины, страница 212 – Алексей Макеев, Николай Леонов

В результате Гуров увидел то, что должен был увидеть: парочку отрешенных от всего мирского чудиков, вырядившихся в мешковатые хламиды. После такого спектакля и не подумаешь, что Калугина обожает брендовую одежду, и в том числе может носить широкий кожаный ремень на платье. Но главный посыл игр в бассейне — показать безобидность Калугиной. Гнев Александрины смотрелся смехотворно, она виделась женщиной, внешне грозной и неприятной, но в реальности неспособной на насилие. Жена, которая показательно наказывает мужа, когда он о том попросит, и при этом следует предписанному ритуалу, — что может быть нелепее?

Лев Иванович проглотил приманку и безоговорочно поверил в умело созданный образ семейки комиков. Посмеялся над ужасами, которые рассказывали Сняткова и Швецова, будто женщины анекдоты травили. Ну в самом деле, кто всерьез прислушивается к жалобам прислуги! А между тем кухарка и домработница сообщали жуткие и отвратительные подробности. Выбросить еду из тарелки на скатерть или на стол… Это разве адекватное поведение? Налицо полнейшее отсутствие самоконтроля, безудержная придурь, привычка вытворять что в голову взбредет, не оглядываясь на окружающих. Совершить преступление не проблема для человека, который не склонен сдерживать свои импульсы.

Не выручила Гурова даже подсказка, услышанная из чужих уст. В тот день кто-то из постояльцев санатория принял Калугину за здоровенного мужичару. Оперативник наивно исходил из того, что задушить спящую субтильную девушку по силам любому взрослому человеку, однако не принял во внимание тот факт, что Жанна не сопротивлялась и не подняла шум. Возможно, и проснуться не успела. Следовательно, расправились с Рябининой за считаные секунды. Так быстро удушить ее мог только некто наделенный большой мышечной массой и внушительной силой. Из всех обитателей особняка Казарновской на эту роль претендовала в первую очередь Александрина.

— Ты рассуждал логически, — заметил Крячко. — Калугины не проявляли агрессии по отношению к Рябининой. Жанна рассматривалась ими как золотой ключик от вечного благоденствия. Поначалу причины избавиться от нее действительно отсутствовали. Как можно было заподозрить Александрину в чем-то большем, чем простое нахлебничество?

— Лукавая логика, — не согласился Гуров. — Я же видел, что любовь Калугиных к людям ненатуральная, наигранная.

— Как предлагаешь доказать ее вину? — спросил Станислав Васильевич, не меняя сосредоточенного выражения лица. Он здраво рассудил, что укорять себя — тратить время зря. Нужно не самокритикой заниматься, а продумать поиск улик против убийцы.

— Получаем согласие Казарновской на повторный обыск особняка, чтобы проверить личные вещи Калугиной. Если Марина согласится, то разрешение Калугиной или ордер нам не потребуются, ведь не Александрина же там хозяйка.

В первый раз группа криминалистов обследовала только место преступления — комнату лже-Инны, а также проверила двери и окна на предмет следов взлома. Личные вещи жильцов не проверялись.

— Полагаешь, «безгрешная» не избавилась от пояса? — спросил Крячко.

— Сильно надеюсь на это, Стас. Она натура властная, спесивая, с непомерным апломбом. Прислуга не просто так прозвала ее Барыней. Самая настоящая барыня, которая привыкла всячески подчеркивать свой высокий статус и обожает сопутствующие регалии, атрибутику превосходства. Убийство Рябининой для Александрины — триумф, лишний повод гордиться собой. Такая не станет избавляться от пояса. Не исключено, что она захочет носить его. А если и не захочет, то хранить будет обязательно.