Книга Дневник убитой женщины, страница 137 – Алексей Макеев, Николай Леонов

К визиту Гурова юрист готовилась, в деталях расписав суть происшествия.

— Зачем вам понадобилось брать с собой чеки?

— Это для налоговой.

— Ясно. Вы спрашивали Марину Казарновскую, не брала ли она у вас бумаги из кейса?

— Естественно, первым делом. В том файле не было ее документов, но она же могла ошибиться. Нет, Марина все отрицает.

— Вы уверены, что документы не могли просто где-то затеряться?

— Ми-и-ила-а-а!

Сверкая очками, из волшебной лампы явилась Жемчужникова.

— Ты ведь везде искала? — спросила Коменчук девушку.

— Проверила, хоть этого не потребовалось, — ответила секретарша. — Я лично сложила в ваш кейс все файлы и видела, что в офисе вы ни один из них не доставали. Всего я положила по вашему распоряжению девять файлов.

— Из них три синих? — уточнил Гуров, обращаясь к Людмиле.

— Именно, три синих, — подтвердила она и перечислила: — В одном контракты с ИП «Батурин» на поставку орехов, в другом материалы для рекламного агентства Гапеевой, в третьем, пропавшем, — чеки от Зудиловой.

— Как я понял, Зудилова не связана с бизнесом Казарновской?

Этот вопрос был адресован Коменчук.

— Нет, это моя клиентка, — отозвалась Анна. — Я не только на фабрике работаю, но время от времени даю частные консультации по семейному праву. Когда-то я была адвокатом по разводам, так что люди ко мне до сих пор обращаются за юридическим советом, хотя в суде я давно уже никого не представляю.

Гурову показалось странным, что столь разные бумаги хранятся в файлах одинакового цвета. Лев Иванович попросил объяснить, что общего между Батуриным, Гапеевой и Зудиловой. Выяснилось, что ничего, кроме сроков. Документы, касающиеся Батурина и Гапеевой, связаны с деятельностью фабрики «Сладобрея»; чеки Зудиловой — с юридическим консультированием, которым занимается Коменчук. Синий цвет файла означал, что работу с его содержимым следует выполнить на текущей неделе. В других случаях использовались другие цвета.

— Кто из этих троих заинтересован в пропаже бумаг? Батурин, Гапеева и Зудилова?

— Никто, абсолютно. Зудилова мои услуги оплатила, ей чеки глубоко безразличны. Что есть, что нет. Появятся ли у меня долги по налогам, ее не волнует, на кражу файла она не пойдет. Гапеева расстроится, если техническое задание на изготовление рекламных листовок куда-то подевается. Для нее это равнозначно потере выгодного заказа. То есть и она красть файл не будет. С Батуриным…

Она замялась.

— Что с Батуриным? — подтолкнул ее Гуров.

— В последнее время с ним проблемы, он не успевает поставить в срок партию орешков. Согласно условиям контракта, при задержке еще на один день поставщик обязуется выплатить фабрике солидную компенсацию. Стало быть, можно сказать, что для Батурина лучше, если бы договор с нами не был подписан вовсе. Зря Андрей Андреевич согласился на столь сжатые сроки, не рассчитал силенок. Но кража договора ничего не означает, ведь есть копия, так что ничто не отменяет сделки. А если бы и отменяло, Андрей Андреевич не пошел бы на преступление, чтобы из-за отказа компенсировать нам простой рвать отношения с выгодным заказчиком.

— А если бы кто-то хотел навредить этим людям, поэтому выкрал у вас документы?

— Не уверена…

— Гапеева пострадала бы больше других, вы сказали? Что, если наказывают ее?