Книга Пятнадцать лет молчания, страница 18 – Сергей Иванович Зверев

— Байкал, маршруты отхода!

Воронов поднял на него свой спокойный испытующий взгляд.

— Классические пути вдоль Севморпути он игнорирует. Слишком оживленно, слишком много глаз. Уход вглубь архипелагов — вариант. Но там нет инфраструктуры для работы с ШУ-9. Мое предположение: он движется не к людям, а от них. Сюда.

Его палец ткнул в обширную белую область на карте — центральную часть Карского моря, испещренную значками дрейфующих льдов.

— Ледяные поля. Дрейфующие станции-призраки. Старые советские обсерватории, брошенные еще в шестидесятых. Их координаты неточны, они дрейфуют. Спутниковое наблюдение там дает сбои из-за геомагнитных аномалий. Идеальное укрытие. Идеальная могила.

— Рискованно. Дрейф непредсказуем. Можно оказаться в ледовом мешке.

— Он это знает. Но он ищет уединения. Не для продажи. Для чего-то другого.

Калинов снова кивнул. Анализ Воронова совпадал с его собственными опасениями. Захаров действовал не как наемник. Его логика была логикой мстителя, фанатика. Человека, идущего к цели, невзирая на обстоятельства.

— Проложи три наиболее вероятных маршрута через ледовые поля. С учетом течений и прогноза погоды на ближайшие семьдесят два часа.

— Уже делаю.

Он подошел к Дятлову. Прапорщик возился с разобранным модулем спутниковой связи: его пальцы в тонких термоперчатках ловко орудовали микропаяльником.

— Мороз, проблемы?

Дятлов не поднял головы, продолжая работу.

— Проблема стандартная для Арктики. Конденсат. Перепад температур между отапливаемым помещением и улицей в семьдесят градусов. Влага скапливается на платах, при выходе на мороз замерзает, кристаллы льда рвут дорожки. Никакая стандартная герметизация не спасает. Дорабатываю систему принудительной осушки каждого блока.

— Время?

— Час. Не больше.

— Уложись. Без стабильной связи мы слепы.

— Понимаю.

Калинов отошел к своему терминалу. На экране по-прежнему был открыт файл Захарова. Он пролистал его до раздела «Психологический профиль». Сухие казенные формулировки: «Высокий уровень интеллекта… Склонность к нестандартным решениям… Повышенное чувство справедливости… В последний период службы — признаки паранойи, мания преследования».

«Мания преследования, — ядовито усмехнулся про себя Калинов. — Или трезвая оценка обстановки, когда твое же начальство ставит тебе подножку?»

Он закрыл файл и открыл инженерные спецификации ШУ-9. «Изделие» представляло собой не моноблок, а модульную систему. Три основных компонента: квантовый процессор, требующий криогенного охлаждения; блок генерации и приема спутанных фотонов; и серверный массив для обработки шифров. Общий вес — около четырехсот килограммов. Для его транспортировки и работы требовалось специализированное оборудование. И источник энергии. Мощный источник.

— Цифра, — снова вызвал он Смирнова. — Энергопотребление ШУ-9 в активном режиме?

— По техзаданию — не менее двадцати киловатт в пиковой нагрузке. Фактически, с учетом систем охлаждения, — до тридцати.

— Значит, ему нужна дизельная электростанция или компактный ядерный источник. Вариант второй маловероятен — слишком сложно достать и незаметно транспортировать. Ищем объекты, где есть запасы дизтоплива или сохранившиеся мощные генераторы.

— Добавляю в фильтр, — коротко ответил Смирнов, и его пальцы вновь затанцевали по клавиатуре.