Книга Беспощадный целитель. Том 5, страница 41 – Константин Зайцев

Я опустил руки в ледяную воду по локоть, пальцы свело за пять ударов сердца. Некроэнергия в холодной текущей воде ведёт себя совсем не так, как в воздухе. Воздух её разносит, тёплая стоячая вода её копит, а холодное течение её разъедает и тут же уносит прочь. Старики говорили, что хороший некромант после работы всегда моет руки в горной речке. Иначе через пару лет начинает гнить заживо. Не совсем верно с медицинской точки зрения, но крупицы истины есть в подобной практике. Пусть я и не некромант в полной мере, но работа с некроэнергетикой всегда оставляет отпечаток на своём носителе.

Чёрное солнце в груди подалось вперёд, тёплое и жадное оно хотело сожрать зерно. Я аккуратно направил тонкую нить некроэнергии в сердце Вента. Тут важно чётко контролировать поток, чтобы не повредить зерно. Плоть практически сразу начала постепенно темнеть, сморщиваться, а следом рассыпаться чёрным жирным пеплом, который течение тут же подхватывало и уносило прочь. Шаг за шагом я дезинтегрировал эту мерзость, а река тут же уносила прочь. Мышечные волокна. Жировая прослойка. Слой за слоем, как опытный скульптор из простого куска камня делает произведение искусства, так и я очищал зерно бездны.

Со стороны это, наверное, выглядело очень глупо. Парень с капюшоном на корточках у воды, держит руки в речке и смотрит на свои пальцы, как алкаш, обронивший последнюю монету в прорубь. Я коротко усмехнулся. Плевать, как это выглядит, важен результат.

Зерно я почувствовал кончиками пальцев раньше, чем увидел. Маленькое и плотное, оно оседало на дне ладони, как камешек на дне сита. Я аккуратно поднял ладонь над водой, и в свете далёкого фонаря оно блеснуло тусклым красным. Как засохшая капля крови, спрессованная до твёрдости рубина. От него тянуло той же сладковато-гнилостной мерзостью, которую я чуял через смотровое окошко в палате психа, но пройдет буквально полчаса и оно окончательно уснет перестав так сильно фонить.

Я завернул его в чистый кусок ткани, отдельный, и убрал в самый дальний кармашек рюкзака. Что с ним делать — решу позже. Слишком уж сильно на меня повлияли демонические пути, которые говорят, что силу надо использовать.

Стоило мне вытащить из воды красные кисти с плохо слушающимися пальцами, как я почувствовал судороги. Это всего лишь неудобства, главное, что текущая вода унесла всё с собой, и даже если кто-то сумеет взять мой след, то он закончится именно тут.

Поверья людей не возникают на пустом месте. Текущая вода останавливает мертвецов, просто потому что она очищает всё на своём пути. Моя умница не мешала мне, но в закреплённом наушнике я время от времени слышал её дыхание. Глянув на часы, я понял, что у нас есть ещё целое утро, прежде чем мне придётся возвращаться в Блэкфен.

Самое удивительное, что поймать таксиста на улице оказалось на удивление легко, и я вышел за квартал от квартиры Миры — застарелая паранойя не лечится. Проверив, нет ли за мной хвоста, я аккуратно обошёл все места с камерами и уже через несколько минут тихонько постучался в дверь, которую мне открыли практически мгновенно.

— Целый. — Одно слово, а сколько в нём было эмоций. Страсть, облегчение, радость и ещё такой дикий коктейль ощущений. Не успел я закрыть за собой дверь, как она впилась в меня поцелуем, и всё, что было за пределами этой квартиры, осталось где-то далеко. Мне было плевать на всё, кроме того, что эта прекрасная женщина хочет меня, а я хочу её.