Книга Беспощадный целитель. Том 2, страница 39 – Константин Зайцев

— Алекс, — Алиса шла рядом, стараясь держать ровный темп. — Смотри, вот я практикую дыхание, как ты говорил. Вдох на четыре, задержка, выдох на шесть.

— Хорошо. Продолжай. — Ответил я на рефлексах, мыслями находясь далеко отсюда.

— Но как ты это делаешь? — она посмотрела на меня с любопытством. — Ты разговариваешь, двигаешься, дерёшься — и при этом дышишь правильно. Я пробовала говорить и дышать одновременно — ничего не получается.

Я усмехнулся.

— Всё дело в опыте. Когда практикуешь достаточно долго, это становится естественным. Как ходьба. Ты же не думаешь о том, как переставлять ноги?

— Нет, но…

— Через месяц ты тоже не будешь думать о дыхании. Оно просто будет правильным.

Алиса помолчала, обдумывая. А потом её глаза сузились.

— Раньше ты так не умел.

— Что именно?

— Вот это всё. — Она неопределённо махнула рукой. — Разговаривать так… уверенно. Раньше ты шарахался от девушек. Краснел, когда кто-то из девчонок просто смотрел в твою сторону. А сейчас…

— А сейчас?

— Сейчас ты явно с кем-то встречаешься. — Алиса хитро улыбнулась. — Да ещё и флиртуешь с королевой школы. Я видела, как вы там лежали на полу.

Небо, какая же ты умница. Но некоторые вещи даже тебе знать ещё слишком рано.

— Вот видишь, — я развёл руками, — что бывает с человеком, пережившим серьёзный стресс. Он меняется. Иногда до неузнаваемости.

Алиса остановилась и играючи пихнула меня в плечо, показывая своё возмущение:

— Как у тебя это получается?

— Что именно?

— Вот это! — Она смотрела на меня с каким-то весёлым раздражением. — Я чувствую, что ты говоришь правду. Мой дар… он не кричит, что ты врёшь. Но при этом ты же смеёшься надо мной! Я это тоже чувствую!

Интересно. Её предвидение работало не только на физические угрозы. Она улавливала намерения, эмоции. Ещё один аспект дара, который стоило развивать.

Я ободряюще ей улыбнулся.

— Опыт.

— Да чтоб тебя! Откуда у тебя этот опыт? — Алиса рассмеялась и снова пихнула меня. — Ладно, храни свои секреты. Но я разберусь. Рано или поздно.

— Не сомневаюсь, подруга.

Мы пошли дальше. Алиса некоторое время молчала, а потом заговорила снова, уже серьёзнее:

— Ты знаешь, что интересен Эйре?

Я кивнул.

— Догадываюсь.

— И тебя это не смущает? Ты же видел браслет у неё на руке. Такой носят только уголовники на условном.

— Именно поэтому и не смущает.

Алиса нахмурилась, не понимая.

— Ей тяжело, — объяснил я. — Постоянно носить маску. Быть ледяной королевой, которую все боятся и никто не понимает. Любой, кто начнёт видеть в ней не только маску, но и человека под ней — её заинтересует.

— И ты видишь?

— Вижу девушку, которая сломала насильника и получила за это срок. Вижу бойца, который хочет свободы. Вижу человека, которому некому доверять.

— Откуда ты знаешь про насильника?

— Она сама рассказала, за что у неё этот браслет. Кое-кто решил, что ему можно распускать руки, а она доходчиво объяснила, что так делать очень плохо. Но закон не всегда равен справедливости.

Алиса долго смотрела на меня, а потом неожиданно сказала:

— Ты странный, Алекс Доу.

— Мне говорили.

— Но странный по-хорошему. — Она улыбнулась. — Наверное, по-хорошему. В этом я не уверена, но мне с тобой спокойно.

— Рад это слышать.

Мы неспешно шли по её району, впереди уже виднелся дом, в котором она жила. И шестеро скучающих парней, которые, завидев нас, с гоготом пошли к нам. Неужели идиоты одинаковы во всех мирах?