Книга Книга пяти колец. Том 8, страница 64 – Константин Зайцев

Хруст доски на середине моста прозвучал как приговор, но я рывком успел перепрыгнуть на следующую доску и тут же ускорился, чувствуя, что и она начинает ломаться. В голове не было никаких мыслей, кроме одной: как же будет переходить По? Не знаю, каким чудом, но я все же сумел перейти на другую сторону, и теперь мы вчетвером напряженно смотрели на нашего брата.

На лице цилиня не было ни капли сомнений. Посмотрев на солнце, он широко улыбнулся и что-то прошептал. Скорей всего, очередную молитву своему безжалостному богу. Я всегда знал, что мой кровавый брат полный отморозок, но чтобы настолько…

Завершив свою молитву, он, словно заправский спринтер, взял разгон и помчался, словно молния. Все замедлилось, и я прямо видел потоки воздуха, которые пытались сбить тяжелую фигуру моего побратима. Забыв обо всем на свете, я самозабвенно читал молитву Хозяину Штормов, великому Фэй Линю, и, кажется, он не оставил своего потомка. Ветер неожиданно стих, словно кто-то выключил вентилятор.

— Осторожнее! — раздался крик Мэйлин, но было уже поздно.

Я видел, как мост угрожающе скрипит под его весом. Вдруг одна из досок под ногой Тан По треснула, затем с громким хрустом провалилась в пустоту. Ян затаил дыхание, наблюдая, как Тан По успел перенести вес на другую ногу, но мост начал раскачиваться еще сильнее. И новая доска также не выдержала.

С ужасом я наблюдал, как доски ломаются одна за другой, и вот уже даже ловкости По не хватило. Он запнулся и начал падать на колени, одновременно схватившись за веревочные перила. От его действий мост закачался, мечась из стороны в сторону, как в китайских шоу. Вот только тут была не теплая вода безопасного бассейна.

То, что случилось потом, я никогда не смогу забыть. Словно в замедленной съемке, По швырнул свое тело в воздух, наплевав на рушащийся мост. Резкий взмах руки, и его жуткое оружие стало его спасением.

Металлические пальцы его цепи глубоко впились в толстую ветку дерева, растущего на самом обрыве. Мы все могли лишь молиться, чтобы ветка сумела выдержать немалый вес нашего брата.

А его лицо было подобно статуе безмятежного Будды, пока он продолжал лезть по натянутой цепи. С каждой секундой он поднимался все выше, и вот уже его рука схватилась за скинутую веревку. Когда он наконец-то выбрался, я крепко его обнял и негромко сказал:

— Какой же ты псих, брат. Никогда больше не смей нас так пугать. Ответом мне был лишь нервный смех.

Стоило нам приблизиться к высоким каменным стенам форта как с вершины одной из башен тут же раздался звук рога. Одиночный звук означает внимание по привычке подумал я. За воротами послышался топот тяжелых сапог. Чуть позже створки разошлись с оглушительным скрипом, и перед нами предстали стражники — все как один в возрасте. Понять, что это ветераны можно было не только по суровым лица, но и по наградным знакам на их доспехах.

— Кто такие и зачем здесь? — коротко спросил их предводитель держащий в руках свиток. Я вполне бы поверил, что он чиновник больше привыкший орудовать кистью, а не клинком. Слишком холеное лицо, слишком тонкие и длинные пальцы в шелковых перчатках. Но все портил его тяжелый взгляд. Он смотрел так будто сейчас вонзит в мое сердце клинок. Так смотрят лишь те кто прошел через множество битв и потери стали частью его души. Перед нами был не простой воин. Это был опаснейший ветеран, а глаза ворона говорили мне, что передо мной мастер колец воды, способный клинком перерубить не только вражеское тело, но и каменную колонну.