Книга Книга пяти колец. Том 5, страница 88 – Константин Зайцев

— Честно говоря у меня как-то особо не было времени об этом задуматься. — Бабуля усмехнувшись кивнула.

— Прекрасно понимаю. Твоя жизнь больше похожа на гонку со смертью. Но сейчас не об этом. Вороны и Крысы два клана, которые никогда не использовали понятия семьи.

— А как же тогда определялось принадлежность к золоту или серебру?

— В первую очередь по личному могуществу. У нас есть линии крови, которые остальные называют родами, но с нашей точки зрения это не очень удачный термин.

— Могу я узнать почему?

— Род это в первую очередь семейное тепло и забота, у нас же совершеннолетний ворон выбирал себе общину или стаю.

— А в чем разница?

— Очень много нюансов, но для простоты будем считать, что стая просто меньше и не имеет постоянных жилищ. Хотя это не всегда так. В общем очень грубо ситуация следующая у пары золотых находящихся в общине родился ребенок, он от рождения будет серебром. Такая практика у нас использовалась испокон веков, чтобы дать дополнительную мотивацию для развития. Предки дают тебе старт, но только ты сам можешь добиться истинного могущества. До совершеннолетия ребенок учится в той же самой общине, что и его родители, а вот после он свободен в своем выборе. Может остаться в этой общине, может уйти в другую общину или стаю, а может вообще стать одиночкой.

— Как все сложно. — У меня голова пухла от всех этих замороченных отношений. По мне у обычных кланов все было куда проще.

— Мне, с рождения, воспитываемой в общине это все кажется настолько же естественным как и дыхание, но тебе будет сложно все это понять. Теперь когда наши традиции в срединном мире помню лишь я, можно создать нечто более совершенное и удобное, так как не надо спорить со старейшинами относительно реформации.

— По моему мы ушли от темы с лесом Шингей.

— Как раз наоборот. Без этого отступления ты бы не понял совсем ничего. Каждая община специализировались на разных аспектах, что позволяло нам быть гибкими и приспосабливаться к любым трудностям. Например моя община воспитывала лучших боевых шугендзя.

— А те кто управлял лесом? — Владычица голодных духов хмыкнула и ответила:

— Их интересовали темные духи. Они вплетали их силу в свою и становились едиными.

— Как пожиратели духов? — Спросил я, вспоминая о странных способностях Квана и его брата-толстяка.

— Что ты, конечно же нет. Пожиратели работают очень грубо. Храмы создали эту секту с помощью части наследия клана Обезьян. Община Хансей, получала духа побратима, который делился с ними силой.

— Но, как я понимаю ничего не дается просто так? — Ардана кивнула.

— Ты абсолютно прав. Далеко не все вороны оставались людьми, многие сами становились темными духами.

— Тогда почему эту практику не запретили? — Я вновь не понимал менталитет этих людей. Вы лишаетесь людей способных помочь вам укрепить свою власть, просто ради экспериментов.

— Запреты не наш путь, Ян. Те, из этих людей, кто выживал зачастую лучше любой ищейки мог чуять зло, ведь в их венах текла измененная этим злом кровь. Поэтому старейшины разрешили общине идти своим уникальным путем, не смотря на все его опасности. Зачастую это был единственный шанс возвыситься слабосилкам, которые не могут и в тридцать лет достичь звания мастера. И какими бы они не были чудовищами, они были воронами, а значит имели право на свой путь. Ведь наш девиз…