Книга Книга пяти колец. Том 4, страница 73 – Константин Зайцев

— Ах эти любопытные прибрежные методы, наслышан-наслышан. — Старик просто излучал довольство от слов моей кровавой сестры. — Тан По, может тебе что-то необходимо для допроса? — Тот лишь покачал головой и закатал левый рукав халата. Только сейчас до меня дошло, что у всех нас с собой было оружие носимое на виду. У всех, кроме бастарда. Его левая рука была обмотана, от локтя до запястья, цепью, с гранеными звеньями, заканчивающейся странной штукой в виде человеческой руки с острыми когтями.

— В степях часто нет возможности правильно подготовиться к дознанию, поэтому дядя научил меня обходиться тем, что всегда под рукой. — Пока я глазел на его странное оружие, он сделал еще более странную вещь. Чуть ослабив цепь он надел эту металлическую руку словно перчатку, на свою левую кисть. Да что это за жесть?“ Шуанфэйчжуа — рука убивающая на расстоянии, редкое, даже для Ци-лунь, оружие. Чтобы стать мастером во владении этим оружием надо тренироваться с самого детства. А этот парень настоящий мастер. Посмотри как он чувствует свое оружие.” Зачем такая штука? Она же не функциональна. И вреда от нее больше чем пользы. “ Она используется для того, чтобы вырвать всадника из седла или отобрать вражеское оружие. При определенном импульсе эти когти сжимаются. Теперь представь какие ужасные раны они наносят по бездоспешному противнику. Этот парень смертельно опасен и он последователь Белолицего бога смерти. “ Тинджол, почему каждый раз когда ты мне что-то говоришь, я ощущаю, что вообще ничего не знаю об этом мире? Что еще за беломордый? “ Все Ци-лун, а семья Тан в особенности, путешествовали за пределами Нефритовой империи и за века таких странствий они стали отличаться от всех остальных обитателей. У них больше всего отличаются законы и обычаи. Не спи, дай ответ этой старой жабе. “Ядом в голосе предка, можно было убивать тысячи. Мне же надо и дальше заинтересовать этого дракона, так что пойдем в ва банк. А про этого бога смерти надо будет не забыть выяснить, что это еще за фрукт.

— Если господина не затруднит, я бы предпочел бросить в жаровни моих товарищей смесь из полыни, белладонны и черного лотоса.

— Подскажешь в какой пропорции? — Было видно как дракон наслаждается всеми этими вопросами. Судя по всему, он искренне любит свое дело. От этой мысли градус отвращения стал еще выше.

— Семь частей полыни, две белладонны и одну лотоса.

— Не много ли лотоса? — Мой ответ его заинтересовал поскольку стандарт для этой смеси имел совершенно другие пропорции, но в моей голове были сотни схем смешения трав. Надо бы сказать спасибо дедушке Бэю, который гонял предыдущего владельца этого тела наставляя в алхимии.

— Будь мы в помещении, я бы использовал одну дозу лотоса на пятнадцать частей полыни, при четырех частях белладонны. На открытом пространстве лучше использовать более высокую концентрацию.

— Приятно видеть, что ты не только душой понимаешь имперский закон, но еще и разбираешься в травах. Для хорошего дознавателя это важный навык. Выполнить все запросы учеников. — По его хлопку слуги тут же засуетились. — Жду от вас результаты.

Внутри меня все переворачивалось от осознания, что мне придется сейчас пытать человека просто ради того, чтобы старый ублюдок и дальше считал меня интересным экземпляром. Глубокий вдох и медленный выдох, мои мысли очистились, а эмоции отошли на второй план, когда я подошел к пленнику предназначенному для меня. Рядом с ним стоял слуга с дощечкой для записей, все как и должно быть при настоящем допросе.