Книга Книга пяти колец. Том 3, страница 92 – Константин Зайцев

Лишь поймав ощущение баланса между небом и землей я осознал насколько же ничтожен человек, насколько жалки все его потуги стать чем-то большим, но я помнил одно. Нет ничего крепче моей воли. Плевать на все, на то что по моим ощущениям с меня слезла кожа и солнечные лучи безжалостно прожигают во мне дыры. Плевать, что земля высасывает из меня энергию делая меня слабее. Важно было одно, чем дольше я держусь, тем сильнее развивается росток. Каждой клеточкой своего тела я ощущал как семя раскрывается все больше, а мое ядро становилось все плотнее.

— Твою мать! — выругался я отплевываясь от воды вылитой на меня Кваном. Какого хрена он прервал мою медитацию? Подняв глаза я увидел, что солнце уже клонилось к закату.

— Шесть часов, ученик. — Ответил пожиратель на мой немой вопрос. — Ты укоренился с первой попытки и ушел очень далеко. Судя по тому, что я ощущал. Росток проклюнулся?

— Да наставник, — произнес я, а в следующую секунду свалился с дикими воплями боли. Все мое тело словно горело в огне. Никогда раньше я не чувствовал такого напряжения в мышцах. Каждый мускул моего тела болел от статических нагрузок. Мое тело меня предало! Сквозь боль я пытался хоть как-то расслабиться, но все было тщетно.

Когда я очнулся то больше всего я напоминал ежа. Каждый сантиметр моего обнаженного тела была покрыт иглами для акупунктуры. Все демоны Дзигоку, да я даже лежал на иглах. Радовало лишь одно, боль была какой-то фоновой.

— Тебе стоит это выпить и удержать в желудке ученик. — убийц духов аккуратно приподнял мою голову и зажав мне нос резко влил в меня какую-то мерзкую отраву. Стоило первым каплям попасть на язык, желудок тут же взбунтовался пытаясь исторгнуть все обратно. — Не смей выблевать все наружу Ян! — голос Квана отдавал металлом, но он все равно помогал мне удерживая мою голову в вертикальном положении. Несколько минут я боролся с то надвигающейся то отступающей рвотой, пока наконец-то желудок не прекратил бунтовать.

— Что это было наставник? — мой голос был каким-то бесцветным, а я безумно усталым.

— То что ты пил, зелье близкой смерти. — с какой-то довольной ухмылкой произнес любовник Хотару. «Каков мерзавец!» С восхищением произнес в моей голове Тинджол. И что это значит? «О, не буду лишать тебя удовольствия услышать от него самого, что он с тобой сделал. Но его явно учил кто-то из последователей древних методик.»

— Наставник, я ничего не понимаю?

— Этому тебя еще не учили? — он усмехнулся и взялся за кончик своей косички. — Для человека впервые пробуждающего семя, ты на удивление быстро осознал, что требуется делать. У меня, в свое время, получилось лишь со второй попытки. Уйдя слишком далеко в медитацию ты одновременно напитал свое тело энергией земли и неба, но и при этом твои мышцы очень долго находились в статическом состоянии, что и привело тебя к тем ощущениям которые ты испытывал.

— Никогда не чувствовал такой боли, — эти слова словно сами собой вырвались у меня от воспоминаний.

— Это еще не предел, — от его такой ободряющей улыбке мне стало дурно. Если это не предел, то что же будет дальше? — Я обещал вывести тебя на грань и сделать намного сильнее. Что лучше всего противостоит боли?

— Кольцо Земли, — ответил я, совершенно не задумываясь.

— Именно ученик, тебе стоит заглянуть внутрь себя. — стоило ему это произнести как я тут же закрыл глаза погрузившись в короткую медитацию, вокруг багрово-красного ядра крутилось золотое кольцо второго ранга.«Мои поздравления ученик! Прекрасная работа!»Тут же раздался голос предка, но я уже его не слышал открыв глаза.