Книга Простые решения. Свиток первый, страница 114 – Александр Зайцев, Константин Зайцев

Впрочем, что значит «кажется» — я это чувствую.

И следуя за этим чувством, делаю новый шаг.

Мои ноги касаются жёлтой плиты. И я начинаю понимать логику, а точнее — то, что заложено создателями ловушки. Мозаика под моими ногами словно сама рассказывает мне историю.

Зелёный цвет дерева — мой первый шаг — даёт пищу красному огню — шаг второй. Пепел от сгоревшего дерева удобряет жёлтую землю — шаг третий. Землю, из которой добывается белый металл — шаг четвёртый. Созданный из этого металл меч убивает — шаг пятый, цвет черный. Мертвое тело удобряет почву и в ней прорастает росток нового дерева — шаг шестой.

Я двигался через зал, ведомый невидимыми глазами течениями астральной реки, проложившей себе путь по этой мозаике. Каждый следующий шаг был очевиден — правильный путь светился в моём расширенном восприятии, будто маяк во тьме. Не нужно было думать, анализировать, вспоминать символы. Достаточно было просто чувствовать и без тени сомнений двигаться в этом потоке Астральной реки.

Цикл за циклом. Зелёный — красный — жёлтый — белый — чёрный. И снова зелёный.

Где-то на краю восприятия мой разум, пребывающий в странном состоянии, отмечал, что плиты реагируют на мои шаги. Не атакуют, но словно тестируют, проверяют: лёгкий жар, едва заметная вибрация или мимолётное прикосновение холода. Но ничего опасного — ведь я шёл верным путём, и Стихии признавали меня.

Примерно на середине пути ко мне пришло ещё одно осознание. Петроглифы на плитах не были просто рисунками. Каждый из них нес в себе вложенный мастером замысел — квинтэссенцию соответствующей стихии, её суть, запечатлённую в камне. И эта суть резонировала с астральной энергией, дополняя уникальный узор и наделяя его сакральным смыслом.

Молодое дерево не просто символизировало рост — оно и было ростом, самой идеей жизни, пробивающейся сквозь камень и землю. Костёр не изображал огонь — он и был огнём, отображённым в графической форме. Капля росы, символ Стихии Воды, несла в себе прохладу рассвета, обещание нового дня.

Мастер, создававший эти знаки, не просто вырезал их на камне. Он вкладывал в каждый символ частицу соответствующей стихии, её ощущающуюся мной в данный момент душу. Именно это делало мозаику не просто статичной головоломкой, а словно магическим и вполне живым организмом, реагирующим на действия того, кто пытался её пройти.

Понимание пришло не словами — оно просто стало частью меня в том единении с миром. Я продолжал идти, следуя за потоками магии, будто читал открытую книгу.

Ещё цикл шагов. И ещё. Расстояние до выхода сокращалось.

С каждым новым шагом во мне пробуждались, казалось, забытые чувства — надежда, предвкушение жизни и другие.

И с каждым подобным «пробуждением чувств» мой опыт сатори начал слабеть.

Сначала это было едва заметно — словно кто-то осторожно приоткрыл задвижку, через которую начала утекать река, по которой плыло моё сознание. Мир потихоньку возвращался к своей обычной плотности. Потоки магии вокруг меня тускнели, становились менее различимыми, а точнее — я всё слабее ощущал их присутствие.

Попытался удержать просветление, вцепиться в него, но от этих попыток оно стало исчезать ещё быстрее, словно вода, утекающая сквозь пальцы. И чем сильнее я старался удержаться в Потоке, тем быстрее он исчезал.