Книга Таинство пищепринятия. Алиса, страница 61 – Алевтина Варава

— Нужно прибраться у тебя дома?

— Не то, чтобы… Прибираться не нужно, это фигня, переживёт. Она знает, что я не самый аккуратный в мире сын. Просто…

Он замолчал и отвёл глаза, а потом поморщился — похоже, от боли. Алиса испугалась, что что-то задела, но он придержал её правой рукой за плечо.

— Я… у меня там… — Паша сделал движение головой, и Алиса покорно придвинула ухо к его буйосете. — Кое-что незаконное в шкафу. Если бы ты могла… Если бы согласилась съездить туда и избавиться… Я понимаю, что это… Просто, мать, она и так в трауре, а если ещё и найдёт психотропы. У меня не очень айс тут всё шло. И я подсел. Может, потому и рак. Ты, наверное, уже жалеешь, что пришла, — уныло вскинул глаза Павел и отодвинулся.

— Давай ключи, я всё приведу в порядок, — быстро сказала Алиса.

— Правда⁈ Мне тебя прямо бог послал! — просиял больной. — Я уже подумывал трубки выдёргивать и сбегать, если честно. Всё равно не вылечат, так хоть у мамки память нормальная останется…

— Ну что ты такое говоришь⁈ Конечно, тебя вылечат!

Павел махнул рукой.

— По ОМС минимум помощи, на препараты денег почти нет. А у меня запущенный случай оказался. Кто ж думал, что с этой родинкой что-то не так? Я бы в жизни не обратил внимания. Ну чесалась иногда, максимум. Кирдык мне, если по-честному. Но невелика беда. Толку от меня было мало.

— Не дури. Когда мать приезжает?

— Завтра должна, вроде, ближе к вечеру. Если ничего не поменяется. Ты — самый настоящий друг! Ключи в тумбочке, в барсетке.

Алиса присела на корточки и довольно быстро отыскала брелок.

— Не пугайся только. Ты к такому не привыкла, я думаю. Главное избавься от дряни, она в большом шкафу, где вешалки со шмотьём. Наверху полка с коробками, пошарь за ними. И не думай обо мне совсем уж плохо. Я это… только время от времени. Когда очень уж бывало невмоготу. Ты меня очень, очень выручаешь! И спасибо огромное, что пришла!

Телефон зазвонил, когда Алиса выходила из больницы. Фурия обнаружила побег без измерения уровня глюкозы и лютовала, высказывая без обиняков подозрения, что дочь опять жрёт свои конфеты по углам и подворотням.

— Если ты думаешь, что я не упеку тебя в реабилитационный центр, то ты очень плохо меня знаешь, Майя! — гудела в трубку мегера. — Я давала тебе свободу — и, похоже, слишком много свободы! — потому, что ты была нормальным человеком! А если у тебя шарики за ролики заехали, мой долг вытащить тебя любой ценой! Думаешь, ты уже взрослая, и у меня не найдётся на тебя рычагов влияния⁈ Не вынуждай просить твоего отца прилетать! Ты всякую совесть потеряла! Я твоё будущее спасаю! И я не дам, не дам дочери себя загубить! Ты слышишь, Майя? Ты меня слышишь⁈

Вот же чёртова ведьма!

Нужно быть с ней аккуратнее.

Не то, чего доброго, определят в дурку. Алисина деятельность тут и так вся на грани фола, а уж если ещё прибавить врачей и отнять свободу…

Одуреть можно с такой родственницей.

Оказывается, Алисина родная мать — просто ангел воплоти.

На работу она успела вовремя, даже ноутбук в сервис занесла. Хмыкнувший пацан сначала заржал, тут же деликатно закашлявшись, но потом оказался неспособен быстро решить задачу. Алиса оставила ноут ему, потому что не хотела опаздывать в отель.

В целом день прошёл без эксцессов. В половине седьмого вечера Алиса уже стояла перед старенькой пятиэтажкой на самом краю города. Похоже, это было общежитие или что-то вроде того, но вахтёров, к счастью, не наблюдалось.