Книга Дополненная реальность. Системный администратор, страница 32 – Алевтина Варава

­– Косые какие-то показатели, ты точно не шарился тут с правками? Неправдоподобные.

— Всё оно правдоподобное, – огрызнулся Слава. – Отца надо знать.

— И чё он такое делает?

— Воспитывает. – Слава помолчал и добавил: – Как в армии. Закаляет характер.

— Охеренно он тебе назакалял! – не сдержался Соколов-младший. – Опускать слабых – это закалка характера?!

— Вообще да, – хмыкнул Марципан и повторил: – Как в армии. Чтобы боялись и уважали.

— Чтобы жена на девяносто процентов боялась?!

— Базар фильтруй, – напомнил Слава. – Если у тебя батёк-рохля, то могу только посочувствовать.

Пашка прикусил язык. Он тоже боялся своего отца, хотя никакого уважения притом к нему отродясь не испытывал. Судя по всему, про своё расследование внутри отцовой памяти касательно Андрея Соколова Марципан забыл из-за адаптации. И усердствовать, чтобы он предком пропавшим интересовался, точно не стоило.

— Чё кому менять говори. Сделаю и будем квиты, – объявил Пашка.

— Сначала про уход из дома и память. Она ещё в понедельник утром решила, смотри воспоминание в семь сорок утра. Потом думала сутки и вычудила…

В семь сорок утра правильноармейский батёк Марципана поднял крик из-за пригоревшего тоста (тосты, блин, на завтрак!) и расколошматил тарелку о стол. Пашка решил это не комментировать. Вообще, хотелось свалить, а не перепрошивать чужих предков, потому что и своих хватило с головой.

Пришлось поизвращаться, чтобы Славка не зырил в экран: переспрашивать даты, отвлекать его всяко, и даже раз оплатить убирание лишнего впечатления. Но в итоге оба предка Марципана про развод забыли.

Негативные штуки мамке Славы они, посовещавшись, свели почти все к двадцати процентам и решили, что так будет терпимо, а если что, то и сам Марципан скоро докачается. У него был уже восемьдесят второй уровень.

— Уверенность в себе у бати проверь, – посоветовал Пашка на прощание. – Очень интересно от неё всё меняется.

— Куда ему больше, – хмыкнул благодарный и очень приободрённый Слава.

— Вот вообще не факт, что она шкалит. Ты проверь.

— Ну-ну. Психолог.

Психологом Пашка особо не был, он по-тихому глянул, отлучившись в сральню, что та самая уверенность у Дениса Марципанникова на одиннадцати процентах, а у Анны Марципанниковой – на восьмидесяти пяти. Но сам ничего трогать не стал. Не его это дело.

Его дело было на Терновском кладбище. Точнее, на кладбище оно только начиналось…

До нужного погоста Пашка доехал уже в сумерках, костеря Марципана на все лады за задержку. Хотел же успеть посветлу, так нет! Опять некромант Соколов шарится в ночи по кладбищам, блин! Даже подумал перенести вылазку на завтра, но потом отмёл этот вариант, отнеся к малодушию.

К счастью, ограды вокруг гигантского массива захоронений не имелось. 2гис смешно писал про кладбище, что оно закрыто до завтра. Но оно было открыто и в опускающихся сумерках казалось совсем незнакомым.

Хотя бояться было нечего, да и вечер выдался тёплым, и по такой хорошей погоде много кто решил своим покойникам внимание уделить, но за день не управился: на аллейках тут и там виднелись люди, и это Пашку порадовало и приободрило.

Номер нужного ряда за минувшие недели младший Соколов, разумеется, забыл напрочь, но всё-таки примерное расположение группы Айвазовских помнил. И их даже отыскал почти без труда, хотя и не так быстро, как хотелось бы. Стремительно темнело, и пришлось подсвечивать фонариком в телефоне.