Книга Дополненная реальность. Продвинутый аккаунт, страница 95 – Алевтина Варава

С работы Пашку не уволили, более того, заказов в воскресенье оказалось много, и он получил в полтора раза больше. А около шести вечера встретился с Пионовой и повёл её в кино. Где ни единого раза об удалённом отце не подумал!

Домой Пашка вернулся в отличном настроении, отдал Другой маме почти все деньги и лёг спать. Лавриков больше не снился.

В понедельник в школе только и разговоров было, что о репетиции последнего звонка, которая должна была пройти после уроков. Вместо физики, Ирина Сергеевна устроила тотальный шмон и отослала половину класса по домам переодеваться. Пашка, конечно, напрочь забыл про то, что надо было прийти в белой рубашке, пиджаке и желательно галстуке, и потому по воле классухи прогулял физику и, к своему сожалению, алгебру. Прибежав домой, он вспомнил, что испоганил единственную свою выходную рубашку. В братовой половине шкафа почему-то тоже не было ничего похожего, неужто в армию с собой взял?! Короче, пришлось покупать рубашку в магазе со шмотками неподалёку от дома. Пашка выбрал ту, что болталась на косорылом манекене, и в итоге получил тряпку, считай, что глаженной, а под пиджаком так и вовсе идеальной.

Повторный шмон на обществознании он прошёл с честью, хотя и без галстука. Утвердили почти всех переодевшихся, кроме Мирошиной. Ирина Сергеевна раскритиковала блузку, которую та заменила, и отправила Светку домой повторно искать что-то «с закрытым верхом».

На химии Пашка немного пожалел, что не потратил баллы на то, чтобы загрузить себе знаний, вместо того, чтобы просто выправить оценки. Кажется, годовую контрольную он завалил поверх всех своих стараний, и навряд ли что-то сумеет с этим уже поделать.

Но игруха не сломит его. С ней покончено наверняка.

На литературе младший Соколов гадал, кто отвалился от Весёлой фермы в выхи, и почему, – Пуп или Абдулов. Наверное, всё-таки Абдулов. Пуп и Васин выглядели более ошалевшими и замордованными, как будто ещё находились в каббале и всё свободное время развозили жратву, отсылая кому-то деньги не пойми почему.

Проверить наверняка было нельзя. «Ну и по фигу» – решил Пашка. Скоро освободятся.

Шестой и седьмой уроки во всей школе отменили. Наверное, чтобы младшие классы не тынялись без дела в ожидании великой репетиции.

Было жарко, и вся эта ересь немного подбешивала, к тому же грозила затянуться, а Пашке нужно было к половине четвёртого быть в ресторане, причём уже с великом, за которым надо в гараж забегать (правда, теперь у него имелись ключи дяди Семёна).

Преподаватели носились, как взмыленные лошади, постоянно что-то поправляли на учениках, переставляли всех, велели запомнить, кто где должен будет оказаться в пятницу, когда приедут мэр и телевизионщики. Иришка выдрала откуда-то чёрный ублюдский галстук и намотала Пашке на шею, едва не придушив. Потом устроила скандал с Мирошиной и натянула на ту свою какую-то кофту, похожую на жёванные занавески. Лишь бы директриса была довольна!

Вот прямо-таки событие века!

И что вообще забыл глава города в их захолустной середнячковой школе на окраине-то?..

К этому делу даже фасад здания, блин, за выходные, кажется, покрасили! Ну или отмыли. Но что-то точно сделали, паникёры.

Директор Галина Ильинична выглядела вообще свихнувшейся.

Девочку-пятиклашку, запнувшуюся при декламации стихотворения, придурочные музычка и Лидочка довели до слёз.