Книга Глубокий рейд. Новые, страница 90 – Борис Конофальский

— Я ему задаток за рейд отдавать не буду, оставлю его Насте, а ты у неё забери, а ему скажи, чтобы завтра с самого утра в полку был у вахмистра, командировку оформлял. Я тоже там буду.

Он уже был в дверях, когда Мария его окликнула:

— Аким!

— Ну? — он обернулся.

— Спасибо тебе.

— Да ладно, — отмахнулся прапорщик, надел респиратор и вышел на улицу.

Он только собирался написать Пивоваровой, а тут коммуникатор пищит, как раз от неё пришло сообщение: «Аким, у нас всё нормально, готовы встретиться».

Они собрали ему денег.

— Вот, как мы и обещали, — Розалия кладёт перед ним несколько маленьких слитков из драгметаллов и пару медных монет крупного номинала. — Здесь сто восемьдесят рублей, — и она добавляет: — Хотите чаю или кофе?

Аким деловит и серьёзен. Он забирает деньги и говорит:

— Спасибо, не нужно чая. Дел ещё много. Хочу завтра в полдень уйти, пойдёмте к Савченко в дом, соберу, что нужно. Сегодня погрузить на лодку надо. Завтра времени не будет.

И они втроём поехали в дом Олега, а там прапорщик снова со склада и гаража набирал себе всё, что необходимо ему, что может понадобиться в сложном рейде. И теперь он и не думал стесняться, как в первый раз. Тогда ещё думал, что это всё не его, и даже не Пивоваровых, теперь же у него на сей счёт никаких запретов не было.

Тушеная свинина, консервированные кукуруза и горох, сухие и сладкие консервированные фрукты, компоты. Пшеничные галеты. В общем, отличная еда. Казаки будут довольны. Это не считая оружия и аппаратуры, и снаряжения и четырёх медпакетов. Кроме того, что он брал собой в предыдущий рейд, кроме лёгкого пулемёта, прихватил ещё и снайперскую винтовку. Кульков имел кое-какие навыки в работе с этим оружием. Само собой, аккумуляторы и хладоген. Хладогена взял два ящика. А ещё, хоть и сомневался вначале, всё-таки прихватил дроны, один наблюдательный и два ударных-камикадзе со сменными боевыми модулями, хотя не был уверен, что сможет эффективно ими воспользоваться. Конечно, он имел некоторое знакомство с этим видом оружия, но брал скорее на всякий случай. Сам едва мог управлять такой техникой, а других специалистов в его ватаге не было. Дроны — дело дорогое и хрупкое, на уровне взводов не распространённое.

«Спрошу у Мирона, может, он имел с ними дело».

Взял он и главное оружие пластунов, мины. Два ящика по десять штук противопехотных, одни ящик направленного поражения и два пятикилограммовых фугаса, к этому весь набор разнообразных детонаторов. Это не говоря о гранатах и патронах ко всем имеющимся видам оружия.

В общем, к делу отнёсся со всей серьёзностью. Что ни говори, а задачка-то, поставленная перед ним, была не из простых. Стали всё это носить в машину, и Пивоварова, баба всё-таки упорная, таскала тяжести вместе с ними. Ну, брала, конечно, что могла унести. Но всё равно старалась помочь, как могла.

«И вот надо ей это всё? — нет, Саблин её не понимал, как не понимал и её мужа. — И этот тоже… Мог бы дома сидеть, древние книги какие-нибудь читать, или ещё что, а он — нет, пыхтит, ящики со мною тягает!».

Уже стемнело, когда они поехали перегружать снарягу и оборудование на лодку. И хорошо… Странное дело, но Саблин хотел, чтобы как можно меньше глаз их видело. В общем, кроме деда Евгения, который, кажется, вообще не уходил от пирсов далеко, их приготовлений никто не увидел. Прапорщик закрыл лодку тентом и удовлетворённо вздохнул: