Книга Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех!, страница 195 – Анастасия Королева

По всей видимости, никто от меня не ожидал ничего подобного. Во всяком случае, Эдир окинул меня таким взглядом, словно никак не думал, будто бы я вообще решусь вмешаться в происходящий балаган.

А я что? Я человек простой. Мне бы разобраться с этой гадостью и вернуться к тихой, безмятежной жизни. Где главной моей заботой будут дети, а не мужики-переростки, которые никак не могут определиться чего хотят больше – денег или славы. Или и того и другого разом.

— Вот как? – справившись с удивлением, Эдир расправил плечи и вскинул голову. Будто пытался стать выше, но куда там, его рост от этих нехитрых движений явно не стал больше. Да и красоты ему это не прибавило. А вот во взгляде появилась какая-то особая безумная смесь, которая мне не очень-то понравилась. – Хорошо, приступим.

Сказал и в какие-то считанные секунды оказался рядом со мной. Его движения были смазанными, едва различимыми, и у меня не получалось уследить за ним. Я и опомниться не успела, как меня развернули, вложи в неподвластные мне руки кинжал и вкрадчиво произнесли:

— Хафо, заставь её исполнить договор!

Время не может тянуться, как жвачка. Но оно тянулось, и тянулось, и тянулось… Точнее, всё это мне только казалось, но ощущения были самыми мерзкими.

Будто в замедленной съёмке я подняла глаза, встречаясь с таким родным и в то же время нервирующим меня взглядом. Увидела его решимость и будто бы даже поощрение. А ещё поддержку, Хэмлин словно пытался сказать мне свою коронную фразу:

«Верь мне».

Но верить мне не хотелось, точнее верить ему я больше не могла. Всё, что произойдёт дальше, никак не будет зависеть от веры и надежды. Теперь я буду действовать так, чтобы защитить всех, кто мне дорог. Самостоятельно защитить, несмотря на незнание законов этого сумасшедшего мира.

Послав мужу кривую усмешку, я резко развернулась и схватила за рукав ничего не подозревающего Эдира. Да-да, дорогой, твой Хафо не очень-то тебе подчиняется. Он, как и все нормальные люди, и даже нелюди, мечтает о свободе. Глаза мужчины расширись и он, наверняка бы, успел что-то предпринять, но я оказалась проворнее. Схватила в руки камень и со всей силы рванула его вниз. Я даже не обратила внимания на то, что он обжигал мне ладонь, камень этот. Цепь оборвалась, а вместе с ней в комнате стало тихо и темно. И лишь тихий гул набирал обороты, становясь всё громче и громче.

Тьма сгущалась, и я уже не видела ничего вокруг. Лишь слышала непрекращающийся гул, а потом… Потом я начала падать. И не от избытка чувств, или в виду плохого самочувствия, было такое ощущение, будто пол пропал у меня под ногами, и я рухнула куда-то вниз, в беспросветную бездну.

Но вопреки тому, что сердце зашлось истеричным стуком, я не проронила ни слова. Только зажмурилась, слушая гул и ощущая движение воздуха. Полёт не прекращался. Я всё летела и летела, пока внезапно не поняла, что полёт закончился. И я оказалась стоящей на ногах. Не повреждённых, что немаловажно. Хотя, если бы я действительно упала с такой высоты, то должна была совсем переломаться. Но нет, я была цела-целёхонька. Даже не болело ничего.

Единственное, что не переменилось, так это тьма вокруг. Она была густой, почти ощутимой, такой же, как тогда, когда я попала в чужой и не очень-то гостеприимный мир. Вот только в этот раз была кое-какая отличительная деталь – в конце тоннеля был свет.