Книга Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех!, страница 150 – Анастасия Королева

Ещё один рассказ занял от силы минуты три. Потому что говорить было особо-то не о чем. Та наша встреча не привнесла в мою жизнь ничего, кроме сумятицы. Да и говорила по делу Аннэт мало, ссылаясь на то, что посвящать посторонних в происходящее ей вовсе запрещено. Но Хэмлин слушал внимательно. К месту же, где я её видела, так и вовсе проявил особый интерес. Просил описать его снова и снова. Но я не отказывалась и не возмущалась, здраво рассудив – раз спрашивает, значит надо.

К слову, руку он мою всё же отпустил. Поднялся на ноги и принялся ходить из стороны в сторону, а когда я замолчала, то и он не решился нарушить тишину. Мы вернулись в исходную позицию, но меня она вовсе не устраивала.

— Может быть, скажешь что-нибудь? – попросила, глядя на то, как он застыл, словно каменное изваяние.

Хэмлин вздрогнул и посмотрел на меня, будто только сейчас вспомнил, что вообще-то находится не один.

— Да нечего особо говорить… – он как-то безнадёжно махнул рукой.– Если всё так, как ты говоришь и Аннэт, действительно, покончила с собой, чтобы избавиться от заключённого договора, то, по сути, она не должна требовать своё тело обратно. А если же счёты с жизнью всё же она свела не сама, то получается… – муженёк замолчал, а потом довольно тихо, но цветисто выругался, и добавил уже громче: – Честно говоря, я не знаю, что из этого получается. Ерунда какая-то…

По поводу ерунды, я была с ним солидарна. Тоже думала о том, что девица ведёт себя совершенно нелогично, противореча своим же словам. Собственно, поэтому я и подумала, что у неё не всё в порядке с головушкой.

Впрочем, всё это было интересным, но мне бы хотелось знать ответ на ещё один вопрос:

— А что с тем, что я – не она?

Хэмлин замер, смерил меня взглядом, по которому я затруднялась сказать о мыслях, что роились в его голове. А после расплылся в предвкушающей улыбке, от которой глупое сердце запнулось на мгновение и пустилось вскачь, словно сумасшедшее. Слова же его вовсе заставили меня зардеться, словно девицу малолетнюю:

— Это значит, что у меня есть шанс сделать всё правильно.

Что именно он хотел сказать этими словами, я так и не узнала, потому что в дверь тихо постучали. А когда получили дозволение герцога, то в комнату вошла Лили в компании маленькой девочки, едва ли старше Аделии, и, собственно, с самой Аделией. Последняя была немного бледной, но завидев меня, тут же расплылась в довольной улыбке и бросилась в объятья.

— Ну и как ты себя чувствуешь? – спросила её, заглядывая в ясные глаза. Девочка улыбнулась и кивнула, как бы давая понять, что с ней всё хорошо.

— Госпожа, – напомнила о себе Лили. Малышка, что стояла рядом с ней, явно была той самой сестрой, которая уже приехала. Сходство между ними было таким, что не сотрёшь. Девушка неловко переступила с ноги на ногу, посмотрела на герцога, потом на меня, и снова на того, кто был её непосредственным начальником. В итоге всё же решилась продолжить: – Мистер Саташи просил вас зайти, когда вы освободитесь.

Мистер Саташи? А это уже интересно… Я встала, намереваясь встретиться с управляющим прямо сейчас, но Хэмлин остановил меня, взяв за руку. Потом посмотрел на служанку и голосом, от которого по спине поползли мурашки, приказал:

— Можешь быть свободна, а мистеру Саташи передай, что я сам зайду к нему.