Книга Верная гончая, страница 164 – Анастасия Королева

— Может. – начала девушка, но я её перебила.

— Саш, ну это бессмысленно, ты же знаешь, что я скажу «нет»!

В самом деле, даже опека способна утомлять и надоедать хуже горькой редьки.

— Прости, – виновато потупилась она, а потом тихо проговорила: – Ты так и не расскажешь, что с тобой происходит?

Отвечать не стала, лишь одарила подругу скептическим взглядом и развернулась к машине. Не хочу ни с кем об этом говорить, даже с мамой, ведь и она пыталась выведать, почему я превратилась серую тень. А я не превратилась. Мне просто нужно время, сколько – не знаю, но рано или поздно я перестану рыдать ночами и жить как затворница.

— Пока, Саш, завтра увидимся, – махнула рукой, обернувшись к подруге, и села за руль.

Вот уже две недели я появляюсь в питомнике каждый день. Убираю в клетках, кормлю, купаю и вычёсываю мохнатых друзей. Постоянно нахожу себе работу, лишь бы не сидеть на месте и не думать. А дома забираюсь в кресло, прижимая футболку к груди, и вспоминаю всё –  каждую мелочь, каждый час и каждую минуту, проведённую вместе с Ранделлом. Его улыбку, небесно-голубые глаза, ласковые губы, нежные прикосновения.

Машина вильнула в сторону, раздался истошный сигнал клаксона, и я выровняла руль. Сердце замерло в груди, чтобы следом пустить вскачь. Я опять выпала из реальности, очень не вовремя. Так и до аварии не далеко. Нужно с этим что-то делать.

Вот если бы существовало лекарство – выпил таблетку и как заново родился, что-то вроде «жизнь с чистого листа», я бы с удовольствием воспользовалась им. Но такого не существует, поэтому стоит подумать над каким-нибудь другим способом.

Я остановилась на светофоре и откинулась на спинку сиденья. Главное вновь не отправиться в мир моих воспоминаний. До дома осталось всего два квартала, а там желанная тишина.

Неожиданно раздался стук, и я недоуменно покосилась на молодого человека, стоящего рядом с дверцей машины. Он недовольно хмурился и жестом попросил открыть окно.

— Что-то случилось? – как только стекло опустилось, вежливо обратилась к нему.

— Случилось, – мрачно бросил парень, а затем сорвался на крик, – дура! Тебе кто права выдал? Ты мне чуть бочину не протаранила!

В первое мгновение я подумала, что он какой-то псих, а потом дошло, что несколько минут назад именно он сигналил мне. Стало стыдно, правда на несколько секунд, следом меня накрыла злость, совершенно не рациональная. Она клубилась в груди, требуя выхода:

— Чё ты на меня орёшь, идиот? Ведь не протаранила же! Вали своей дорогой!

Это всё нервы, точно, только в них причина. Иначе я просто не представляю, как объяснить этот всплеск агрессии, который угас так же поспешно, как и появился – за считанные секунды.

Парень опешил от такой грубости, замер с открытым ртом и посмотрел на меня широко распахнутыми глазами, цвета шоколада.

Я почувствовала, как по моим щекам расплылся жар стыда, перемешиваясь со смущением и злостью. Только злилась я в этот раз на себя.

— Извините, – прошептала придушенно и опустила взгляд, пытаясь остановить непонятно откуда навернувшиеся слёзы.

Этого только не хватало! Что же меня швыряет из стороны в сторону, будто шлюпку на волнах?!

— Девушка? – растерянно обратился парень и протянул руку, коснувшись моего плеча.

Не часто увидишь хамку, которая после своей же грубости ещё и рыдает.