Книга Мурчащее (не) счастье для Дракона, страница 72 – Анастасия Королева

Ри запнулся, а я продолжила:

— Но она твоя сестра, — в ответ обвила руками его шею. — Я понимаю.

Я, действительно, понимала. Как бы странно это ни звучало. Сколько раз я давала матери «последний шанс», пока не поняла, что ей эти шансы не нужны? Все мы живём мыслью, что наши близкие не способны причинить нам боль, а потом надежда умирает и…

— Прости, — вновь повторил Адриан и поцеловал. Легко, почти невесомо, и тут же отстранился: — Если я пообещаю, что дам своё согласие на возобновления расследования, ты простишь меня?

От удивления распахнула глаза и посмотрела на него. Как это? То есть он вот так просто согласится? Улыбка коснулась моих губ — даже если он соглашается на это только ради того, чтобы оправдать в моих глазах Наору, то… Я не буду возражать. Напротив, буду только этому рада.

— Конечно, — мурлыкнула, даже не пытаясь скрыть своего торжества, чем вызвала тихий смех. А потом был поцелуй, и не только он. Вот только что-то тревожило меня, какой-то червячок грыз изнутри, но я постаралась заглушить все тревоги, потому что сил думать о чём-то ином, чем обжигающие прикосновения и не менее горячие поцелуи, совсем не осталось.

Дальнейший день прошёл просто замечательно. Мы вместе накрывали стол к обеду, потом отправились на прогулку, где мне рассказали о зверюшке, напавшей на меня в тот злополучный вечер. Ей оказалась пурыга. Это летающие твари, которые водятся в этих краях с избытком, но к дому, где обитает дракон обычно бояться соваться. Просто в тот день мне не повезло, или повезло, тут уж как посмотреть на все последующие события.

Адриан говорил много и вполне охотно, но куда больше, конечно же, целовал. Мы, словно боясь снова вернуться к неприятному разговору, делали всё, чтобы его забыть.

Вечером, уже после ужина, у Ри состоялся разговор с отцом, во время которого он обрадовал родителя замечательной новостью. Грегори расплылся в довольной улыбке и попросил передать мне нижайший поклон. Всё вроде бы шло прекрасно и ничего не предвещало беды, но я, зная женскую натуру, подозревала, что всё так просто не закончится. Нора не забудет о своей любви и обязательно напомнит о себе. И ведь, к сожалению, я оказалась права…

Следующие пару дней, на удивление, прошли спокойно. Ни я, ни Адриан не вспоминали о чокнутой сестричке, и вообще никто не нарушал наш покой. Мы разговаривали. Много. Но куда больше всё же целовались, а ещё не оставляли экспериментов. Моя кошка, а пора бы уже смириться, что моя вторая сущность относилась к мурчащей братии, не желала обращаться обратно в одежде. Поначалу я думала, что со мной что-то не так, раз не могу сделать то, что по словам Айриша было нормой для метаморфов, потом заподозрила неладное, и только в итоге поняла — кошке нравилось, как на меня в человеческом теле смотрел Адриан, и не только смотрел. Она млела от своей власти над драконом, мне же оставалось только подчиняться ей.

— Вообще, это странно, — пробормотал Ри, когда мы лежали на кровати, наслаждаясь объятьями друг друга.

Говорить не хотелось, настолько хорошо мне было, но и промолчать я не могла.

— Что именно?

Ри поцеловал меня в макушку:

— То, что ты превращаешься исключительно в кошек, больших или маленьких, — слова его прозвучало отнюдь не как претензия, но мохнатая гордячка всё равно обиделась. Я почувствовала, как она недовольно ворочается внутри и не смогла сдержать улыбки.